Теоретик занимается подсчётом упырей, практик — подсчётом нарубленных колов.

Теоретик занимается подсчётом упырей, практик — подсчётом нарубленных колов.

Блог //

Кальме О. Трактат о Явлениях Ангелов, Демонов и Духов, а также о Привидениях и Вампирах в Венгрии, Моравии, Богемии и Силезии. 2013

25 августа 2013 г.


Кальме О. Трактат о Явлениях Ангелов, Демонов и Духов, а также о Привидениях и Вампирах в Венгрии, Моравии, Богемии и Силезии : С приложением оригинальных документов первых вампирических расследований

Кальме О. Трактат о Явлениях Ангелов, Демонов и Духов, а также о Привидениях и Вампирах в Венгрии, Моравии, Богемии и Силезии : С приложением оригинальных документов первых вампирических расследований / Сост. и послесл. С. Шаргородского. — Б. м. : Salamandra P.V.V., 2013. — 338 с., ил. — (Gemma magica: Материалы и исследования по истории магии и оккультизма: Новая серия, вып. I).

Скачать книгу


Впервые почти за 150 лет к читателю возвращается легендарная книга. Это трактат ученого аббата-бенедиктинца О. Кальме, посвященный явлениям ангелов, демонов и духов, привидениям и вампирам. Со страниц сочинения Кальме, написанного в первой половине XVIII в., встают призраки и демоны, визионеры и колдуны, вампиры и ревенанты.
Книга аббата Кальме стала наиболее известным в Европе XVIII-XIX вв. вампирологическим трактатом и неиссякаемым источником литературных воплощений вампиров.
В послесловии раскрываются взгляды Кальме-вампиролога на фоне вампирологических дебатов эпохи и вампирской эпидемии в Западной Европе, а также история книги в Европе и России.
К трактату приложены впервые переведенные на русский язык оригинальные протоколы и другие документы, связанные с расследованиями случаев вампиризма в первые десятилетия XVIII в., которые породили и вампирскую лихорадку, и отразившиеся в высокой и массовой культуре представления о вампирах.
© S. Shargorodsky, составление, послесловие, переводы, 2013 © Salamandra P.V.V., состав, оформление, 2013


—стр. 7—
НЕСКОЛЬКО ЗАМЕЧАНИЙ ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ

Аббат Бенедиктинского ордена, Д. М. Августин Калмет, сочинение которого мы предлагаем читателям, родился во Франции, в Мениль ла-Горн у Коммерси, в 1672 году. В 1728 году, т.е. на 56 году от рождения, он назначен аббатом в Сенорес, что в Лотарингии. Скончался в Париже в 1757 году, — на 85 году от рождения. Он известен, как писатель исторический и как экзегет. Предлагаемое сочинение: «О явлениях духов» написано Калметом на французском языке. Мы перевели его со второго немецкого издания 1856 года.

При переводе на русский язык этого сочинения мы сочли нужным сделать в нем некоторые изменения. Прежде всего мы отделили все относящееся к несомненно истинным фактам. Такими фактами мы считаем те, которые признаны несомненно истинными Св. Писанием и преданием Церкви. По самому содержанию своему, эта часть — характера вполне богословского и потому серьезного. Истины, здесь изложенные, заимствованы или из Св. Писания или из Истории Православной Восточной Церкви. Сюда вошли сведения о явлениях добрых и злых духов, о том виде, в каком они являлись людям, об их отношении к людям и деятельности их на земле по соизволению и допущению Промысла Божия; далее изложены факты, заимствованные из Священного Писания и из Истории Церкви, об одержимых злыми духами; наконец переданы факты, заимствованные из Св. Писания и из Истории Церкви, о явлениях душ отшедших людей. В общих замечаниях критически рассмотрены возражения, делаемые относительно изложенных в исследовании предметов. Утверждаясь Св. Писанием и преданием Церкви, изложенные истины основываются на началах нашей веры и на началах нашего разума в подчинении его вере.

Таким образом, в этой части изложены факты вполне достоверные, совершенно истинные, нисколько не подлежащие сомнению.

Здесь не лишним считаем заметить, что кроме фактов, заимствованных из сочинения Дом Калмета и изложенных не в том порядке, в каком они изложены были в оригинале, мы с своей стороны сделали много дополнений и заменений, необходимых при переводе на русский язык.

Другая часть есть собрание языческих мнений, анекдотов, средневековых поверий, суеверных рассказов, предрассудков и заблуждений о гениях, духах, об отшедших душах, о магии и волшебстве. Здесь изложены мнения язычников о природе, происхождении и назначении гениев добрых и злых, об отношении их к смертным, и
—стр. 8—
о том виде, в каком они являлись людям, по представлению язычников. Сведения о гениях заимствованы нами из тех сочинений, которые цитированы в подстрочных примечаниях. У Калмета мы заимствовали только сведения о мнении греков и римлян относительно гениев, остальное все прибавлено нами. Далее переданы нами два-три факта, заимствованные у Калмета из народных поверий и суеверий относительно явления злых духов, всеми силами стремящихся завладеть человеком. С нашей стороны сделана критическая оценка этих фактов, которые рассмотрены нами с исторической стороны. Сюда же мы отнесли и нелепое поверие народа о возможности телесного сообщения с злыми духами, заимствовав некоторые рассказы у Калмета, а некоторые из истории язычества об обманах жрецов, о которых у Калмета не упомянуто; в конце главы мы привели два факта, подобные выше приведенным, и объяснили их. Этим оканчивается первый отдел части. Во втором отделе изложены нами народные языческие и средневековые поверия о домовых, о привидениях и об отшедших душах. В главе о домовых мы прибавили несколько строк в начале, а в конце сделали несколько самых кратких замечаний о переданных Калметом рассказах; в главе о привидениях мы не делали никаких изменений, ни замечаний, как потому, что и сам Калмет критически рассматривает все приведенные им рассказы, так и потому, что замечания в следующей главе и особенно общие заключительные замечания относятся к привидениям, происхождение которых там раскрыто. В главах об отшедших душах мы изложили мнения язычников и средневековые поверия о явлениях отшедших душ и об отношении их к живым людям, прибавив, с своей стороны, к фактам, переданным Калметом, некоторые мнения язычников. Критические замечания о явлениях отшедших душ написаны нами потому, что у Калмета не представлено относительно поверий, приведенных им, никаких замечаний. Приведенные факты или анекдоты мы старались объяснить самым простым и естественным образом. Эти объяснения могут относиться к рассказам о домовых и привидениях потому, что все приведенные нами рассказы о явлениях домовых, привидений и отшедших душ по характеру явлений, действий и отношений к людям весьма похожи друг на друга. Это последнее обстоятельство было причиною того, что все рассказы о домовых, привидениях и душах отшедших людей мы отнесли к одной категории. Сюда же отнесли мы и гадания язычников и народные поверия о состоянии загробной жизни потому, что эти сказки и поверия по своему характеру имеют связи с рассказами об отшедших душах. Сведения об этих гаданиях и повериях заимствованы нами из трактата Калмета: «О вампиризме». Критическая их оценка сделана с нашей стороны. Третий отдел посвящен исследованию о магии, о волшебстве, о колдунах и ведьмах. В общих замечаниях о магии и волшебстве многое заимствовано нами у Калмета, многое мы прибавили с своей сто-
—стр. 9—
роны. Здесь мы определили, что можно считать истинным и что считать ложным в рассказах о магии, разделив магию на белую, или основанную на началах и законах физики и механики, химии и медицины, и черную, то есть выродившуюся из стремления человека подчинить себе стихии мира видимого и существ мира духовного, и возникшую из народных поверий о действиях таинственных магиков или жрецов, которые умели для своих целей так поставить себя в отношении к простому народу, что последний, не будучи в состоянии понять хитрости и ловкости магиков, все их действия и фокусы объяснял как следствие сношений их с существами подземного мира. В следующих главах мы указали, как положено начало магии и каких результатов она достигла в своем развитии. В главах о колдовстве мы представили только то, что рассказывается у Калмета — из нелепых поверий и суеверий о силе и могуществе колдунов и ведьм, которые будто имели влияние на стихии мира, на людей и животных, летали по воздуху, являлись на шабаши и проч. и проч. В общих заключительных замечаниях мы в немногих словах коснулись по возможности всех фактов, изложенных нами в предыдущих главах.

В исследовании о вампирах мы представили народные поверия и суеверия, предрассудки и анекдоты о вампирах и бруколаках так, как они представлены у Калмета, без всяких почти прибавлений, напротив, с необходимыми сокращениями, т. е. мы опустили все то, что не относилось по содержанию своему к рассказам о вампирах. Мы представили рассказы о вампирах в особой части потому, что они имеют связь с рассказами о духах, их явлениях, домовых, привидениях и т. подобн., только как суеверия и поверия народные. В других отношениях между рассказами о явлениях духов, домовых, привидений и т. п. и между рассказами о вампирах нет связи. Чтобы не развлекать внимания читателя при чтении книги, мы сделали указанные прибавления и дополнения не под строкой, а в тексте.

Сочинение Д. М. Калмета имеет целью — указать истинный путь для обсуждения различных рассказов о мире духовном, сохранившихся в исторических памятниках, в различных записях из древней и средневековой жизни народов. Цель его — указать настоящий путь для определения и решения, какие из рассказов о явлениях духов и душ отшедших людей нужно признать истинными, несомненными, и какие из них должно отвергнуть. Для этой цели приведены некоторые рассказы, о которых необходимо было упомянуть здесь, и критически рассмотрены.

Сочинение Калмета издано было около половины XVIII века в то время, как во Франции начал пробуждаться дух свободномыслящей философии, которая на основании успехов в изучении естественных наук думала отвергнуть все духовное, вышечувственное. Суеверие большинства, примешивавшего к вечным истинам откровения бредни своего воображения или принимавшего на веру умышленные
—стр. 9—
выдумки, подавало удобство новым мыслителям, нападая на эти заблуждения, нападать и на истину. Потому-то важно было в то время собрать все сказания о явлениях духовного мира, отделив истинное от ложного. Но связанный еще сетью римско-католических преданий, Калмет не решается чисто высказать свое мнение о многих преданиях, очевидно не имеющих характера истины. Перемешивая истинное с неверным или сомнительным, он ослабляет этим и силу истинных свидетельств.

Русские переводчики могли прямее отнестись ко многим из сказаний, приведенных Калметом. Вполне веря, согласно с учением Православной Церкви, и в бытие духов и в возможность явления их во всякое время, когда то угодно Владыке живых и мертвых, Промыслителю человека, мы можем тем не менее критически рассматривать средневековые легенды Запада. Изучение природы, ее сил и законов, далеко подвинувшееся в течение ста тридцати лет, дает возможность объяснять естественным образом многое, что для Калмета казалось еще необъяснимым естественным путем.

Издание в русском переводе сочинения Калмета в настоящее время имеет свои побудительные причины и свое значение. В обществе мы видим, с одной стороны, распространение неверия во все духовное, во все сверхчувственное. Подтверждение веры в бытие духов несомненным свидетельством Священного Писания и преданий Церкви, всеобщею верою народов, которая высказывается и в самых суевериях, для беспристрастного мыслителя есть самое лучшее руководство к истинному знанию, — с другой стороны, как это часто бывает в века неверия, рядом с ним идет и грубое суеверие. Теперь явилось много приверженцев так называемого спиритизма или учения о сношениях с душами умерших и об откровениях, какие они сообщают. Сочинение Калмета представит немало рассказов, сходных с рассказами спиритов. Мыслящий человек увидит, что шарлатанство умело и прежде пользоваться доверием неопытных людей для своих целей. Спириты нередко приводят в подтверждение своего учения средневековые рассказы о явлениях духов, несмотря на то, что выдают свое учение, как новость, как наставшее только в последние годы откровение тайн загробного мира. Читатель увидит, что если истина бытия духов древняя, то и заблуждения, которые примешиваются к этой истине, не новость спиритов, но повторение старых заблуждений. Неверие и суеверие — это Сцилла и Харибда, которыми часто поглощается утлый член человеческой мысли, пустившейся в море исследований. Только тот, кто путеводной звездой для себя имеет маяк веры, безопасно может достигнуть пристани.

<...>

—стр. 251—
ЧАСТЬ III
О ВАМПИРАХ

СОБРАНИЕ
анекдотов, рассказов, поверий и суеверий о вампирах венгерских, моравских и богемских, и о бруколаках 

Совсем непонятные или дурно понятые явления природы были источником бесчисленных суеверий и предрассудков.
    Кант 

Вампиризм был результатом расстроенного воображения суеверных, которые воображали, что некоторые люди после смерти подымались из своих могил, беспокоили целые деревни, сосали кровь у своих родных и умерщвляли их. Этих — мнимых, беспокойных, ночных бродяг прокалывали насквозь, рубили и жгли, не сознавая бесчеловечности таких отношений к лицам, которые большей частью были обмершие, никогда и не думавшие беспокоить живых, поднявшись из могил, как потому, что не в состоянии были подняться из могил, так и потому, что в безотрадном состоянии обморока они ничего не думали.

Вампиры венгерские, главный предмет нашего исследования, были более или менее давно умершие люди, которые выходили из своих гробов и беспокоили живых: являлись им, высасывали у них кровь, производили в доме шум и даже причиняли смерть. Их назвали «вампирами», что по-славянски означает кровопийцу. Освобождались от сих страшных посетителей тем, что выкапывали их из земли, отсекали им головы, пробивали в сердце колом или копьем, а остатки трупа сжигали.

Много было попыток объяснить возвращение и явление вампиров. Некоторые отвергали их как фантастические бредни и объясняли все невежеством и суеверием народов тех стран, в которых они являлись.

Другие полагали, что люди эти были не действительно умершие, а погребенные заживо, а потому возвращение и явление их представляли вполне естественным. — Иные же считали их просто чудом и успокаивались.

Со своей стороны мы постараемся сперва представить читателям, что было сказано и писано об этом предмете, далее выведем отсюда некоторые следствия и укажем основания для суждения об этом предмете.

—стр. 252—
ГЛАВА I
Оживление мнимо умерших. Предание об Аристее Проконезском

Оживление некоторых лиц, которых считали умершими, тогда как на самом деле они находились только в состоянии летаргического сна; далее, пробуждение некоторых, которые опивались до такой степени, что их считали мертвыми, и которые различными медицинскими средствами, заботливостью и искусством врачей выводимы были из этого состояния, — все подобные примеры оживления не суть факты истинного оживления: лица эти не были действительно умершие, а только казались такими.

Мы приведем здесь несколько таких примеров, когда мертвые оживали спустя несколько месяцев или даже лет после их погребения, которые, если бы даже они похоронены были и живыми, в продолжение такого времени неизбежно должны были задохнуться в своих гробах и у которых, несмотря на это, находили все признаки жизни: жидкую кровь, неистлевшее тело, свежий и приятный цвет лица, гибкие и удобоподвижные члены. Эти существа днем или ночью выходили из своих гробов и беспокоили живых: высасывали у них кровь, нередко даже умерщвляли; являясь в дома своих родственников, садились за стол, делали тысячи подобных вещей и наконец снова возвращались в свои гроба, но никто не видел, как они входили туда.

Если эти ожившие были недействительно умершие, то необъяснимым в таком случае оставалось бы только то, каким образом и при каких счастливых обстоятельствах выходили они из своих гробов? Пробуждались ли они от летаргического сна или дух жизни возвращался к ним, как это бывает с теми, которые впадают вдруг в обморок, но через несколько времени, как скоро кровь и жизненная сила опять начнут свое нормальное отправление, естественным образом приходят в себя?

Но каким образом они выходят и снова входят в свои могилы, не разрывая земли и ни для кого не видимо? Возможно ли, чтобы состояние летаргии или обморока продолжалось целые годы?

Несмотря, однако ж, на это, рассказов подобного рода существовало и существует очень много. Так, например, Ориген в своей книге против Цельса¹ приводит следующий рассказ: Аристей, один из замечательнейших граждан Проконезских, пришедший однажды в дом одного ремесленника, скоропостижно умер здесь. Ремесленник, заперев дом, отправился тотчас к родственникам умершего из-
____________
¹ Orig., Contra Celsum, Lib. I, pag. 23 et seq.

—стр. 253—
вестить их о его смерти. Молва об этом случае скоро разнеслась по всему городу. Тут случился человек из Кизика; он уверял всех, что по дороге из Кизика он только что встретился с Аристеем и говорил с ним и, следовательно, быть не может, чтобы тот умер. Родственники со знаками достоинства умершего, как это было в обычае, отправились в дом ремесленника, чтобы забрать тело покойника. Но, пришедши, в доме ни мертвого, ни живого Аристея не нашли. Через семь лет видели его в городе, потом он опять исчез. Спустя триста сорок лет явился Аристей в городе Метапонте в Сицилии и требовал от жителей устроить в городе храм Аполлону и при нем статую в честь Аристея Проконезского и при этом прибавил, что они единственные из всех народов Италии, которых Аполлон удостаивает своим присутствием и что он, который говорит теперь с ними, сам сопровождал этого бога в виде ворона. Сказав это, он исчез. Жители Метапонта, по поводу этого явления, обратились за советом к Дельфийскому оракулу и тот отвечал, что они должны следовать совету Аристея, потому что это послужит им в великую пользу. Действительно, они поставили на городской площади две статуи, Аполлону и Аристею, и обсадили их лавровыми деревьями. Статуи эти сохранились до времен Геродота¹.
____________
¹ Herod., Lib. IV.

—стр. 254—
ГЛАВА II
Явление одной девушки спустя семь месяцев после ее погребения. Рассказ об одной женщине, которая была вырыта живою из могилы

Флегон, вольноотпущенный Кесаря Адриана1, в своей книге о чудесном рассказывает следующее. В Tralles'е, в Азии, известный в городе трактирщик Махатес находился в связи с одной девушкой, по имени Филиннией, дочерью Демонстрата и Харитины. В продолжение шести месяцев после ее смерти девушка эта посещала своего любовника. Кормилица этой девушки узнала ее однажды, когда она сидела в комнате Махатеса; тотчас известила об этом мать девушки, но та медлила отправиться в гостиницу. Когда же пришла туда, было уже поздно, все спали и она ничего не могла узнать. Махатес на следующее утро рассказал матери, что Филинния посещала его с известного времени каждую ночь и в доказательство справедливости показанного им представил ей золотое кольцо, полученное им от Филиннии прошедшей ночью, и ленту, которая при погребении положена была ей на грудь. Харитина, не сомневаясь более в справедливости рассказанного ей, подняла страшный вопль, но ее успокоили тем, что обещали известить, как только в следующую ночь Филинния опять явится. Когда, по обыкновению, вечером Филинния пришла, Махатес тотчас же известил об этом ее родителей, потому что он и сам уже начинал сомневаться, не была ли это какая-нибудь другая девушка, похитившая из гроба одежду его возлюбленной с целью обманывать его. Демонстрат и Харитина скоро явились и, узнавши свою дочь, бросились к ней с объятиями. Но она вскричала: «Родители! Зачем вы завидуете моему счастию и отнимаете его у меня? Три дня оставалось мне приходить в этот дом, да и вреда я никому не причиняю. Ваше любопытство дорого будет стоить вам». С этими словами она мертвою упала на постель.

Флегон, имевший в городе некоторую власть, успел успокоить сбежавшийся по этому поводу народ. Но на следующий день жители города, собравшись в театре, решили осмотреть склеп, в котором за полгода перед сим была похоронена Филинния. Осмотрев, нашли всех погребенных там из ее фамилии, но трупа девушки не оказалось; нашли же только кольцо, полученное ею от Махатеса, и позолоченный кубок, который она получила также от Махатеса вместе с кольцом. Народ отсюда обратился снова к дому Махатеса, где лежал труп. Обратились за советом к предсказателю. Тот отвечал, что труп должен быть похоронен вне города, в честь усопших должен быть
_____________
1 Phleg., De Mirabil., T. 84 Gronov., Antiq. Graec., p. 2694.

—стр. 255—
устроен праздник, Марсу, Юпитеру и Меркурию должна быть принесена жертва и пр. Флегон в своем письме, обращаясь к тому лицу, которому писал об этом происшествии, говорит: «Если ты найдешь нужным известить об этом кесаря, уведоми о том меня, чтобы я мог прислать к тебе некоторых из тех людей, которые были очевидцами происшествия».

Вот один из самых замечательных фактов, который имеет за собой все необходимое, чтобы быть признанным за истину! Между тем, как много представляет он трудностей для понимания! Была ли эта девушка действительно умершая или ее сочли мертвой, когда она находилась в состоянии летаргии или просто сна? По-видимому, нельзя сомневаться, что она являлась в собственном теле: все обстоятельства Флегонова рассказа подтверждают это. Если признать, что она не умирала и, следовательно, все это было с ее стороны только обманом, направленным к тому, чтобы удовлетворить свою страсть к Махатесу, в таком случае рассказ не представляет ничего невероятного. Известно, на что способна сильная любовь и к чему она может побудить человека.

Тот же Флегон рассказывает, что один Сирийский солдат из войска Антиоха, убитый в сражении при Фермопилах, днем являлся в Римском стане и говорил со многими лицами.

Августин¹ рассказывает следующее: в бытность его в Милане один молодой человек постоянно был преследуем своим заимодавцем. Долг, который тот требовал от него, был, собственно, долг его отца, в это время уже умершего, и уплачен был им еще при жизни, но сын не имел об этом никакого письменного документа. Дух отца явился сыну и указал место, где лежала квитанция, из-за которой перенес он так много беспокойства.

Приведенные здесь и многие другие рассказы об умерших, возвращавшихся на некоторое время к жизни, могли бы послужить объяснением тому, каким образом вампиры венгерские, спустя довольно долгое время после их смерти, выходили из своих гробов и потом снова возвращались в них. Но при всем том остается трудным решить: 1) верен ли передаваемый рассказ; 2) могут ли эти умершие возвращаться к жизни сами собой; 3) были ли они действительно умершие, или же погребены были просто в состоянии летаргии или сна, и как бы ни объясняли их, они все-таки остаются невероятными и невозможными.

В одном из новейших сочинений рассказывается история, которая имеет много сходного с приведенным нами рассказом Флегона. — Один парижский купец обещал руку своей дочери одному из друзей, также купцу. Но в это же время другой, очень богатый чиновник, предложил свою руку этой девушке, и его действительно предпочли купцу. Брак состоялся. Но скоро молодая жена заболела, и в одном
___________
¹ Aug., De Cura pro Mortuis.

—стр. 256—
из припадков болезни ее сочли умершей и похоронили. Первый ее жених, полагая, что она похоронена была просто в состоянии летаргии или обморока, ночью откопал тело мнимо умершей. Она действительно оказалась живой, он взял ее в свой дом и женился на ней. Потом они уехали в Англию и жили там спокойно несколько лет. Спустя десять лет они возвратились в Париж, и здесь однажды, во время прогулки, первый муж узнал свою мнимо умершую жену и начал требовать судебным путем, чтобы она возвратилась к нему. Это подало повод к большому судебному процессу. Женщина и второй ее муж говорили, что смерть уничтожила права первого брака, и обвиняли первого мужа за то, что он поспешил с ее погребением. Но видя, что дело клонится не в их пользу, они оставили родину и удалились в чужие земли, где и жили до смерти. — Эта история так необыкновенна, что с трудом верится ей. Со своей стороны, мы передаем только чужой рассказ, предоставляя читателю самому судить о его достоверности. Нельзя ли думать, что и Филинния, о которой рассказывает Флегон, погребена была живою?

—стр. 257—
ГЛАВА III
Рассказы о вампирах моравских и венгерских

Г. фон Фассимонт, советник графа Фан-Бар, рассказывал мне следующую историю. В то время, когда он по делу принца Карла, епископа Ольмюцкого и Оснабрюкского, послан был герцогом Лотарингским Леопольдом I в Моравию, там везде носился слух, будто в этой стране очень часто видели, что люди, умершие назад тому несколько времени, входили в собрание и молча садились за стол; если же они кивали головой кому из присутствующих, тот через несколько дней непременно умирал. За достоверность этого ручались ему многие лица и между прочим один старый священник, который, как сам он говорил, не раз на своем веку был свидетелем подобных происшествий. Епископы и священники этой страны обратились за советом по сему делу в Рим. Но оттуда не отвечали, считая все это пустыми бреднями и произведением фантазии. Наконец пришли к мысли выкапывать трупы тех людей, которые являлись, сжигать их и пр. Этим средством освободились от ужасных привидений, которые с сего времени появлялись уже гораздо реже. Все это передавал священник.

По поводу подобных явлений написано было одно небольшое сочинение под заглавием: «Magia posthuma», напечатанное в Ольмюце в 1706 году. Сочинение это написано Карлом Фердинандом фон Шерц и посвящено Карлу Лотарингскому, епископу Ольмюцкому и Оснабрюкскому. Автор книги приводит, между прочим, такой факт: в некоторой деревне умерла одна женщина. По совершении над ней известного церковного обряда ее, обыкновенно, похоронили. Спустя четыре дня после ее погребения жители деревни слышали большой шум и многие видели привидение, которое являлось то в образе человека, то в виде собаки и мучило людей, душило их за горло и давило в живот. Мучения были ужасные, так что испытавшие их видимо худели и обессиливали. Привидение нападало даже на животных и почти умерщвляло их, иногда связывало их друг с другом хвостами. Страшный рев, который при этом производили животные, ясно давал знать, какую боль оно причинило им. Лошади худели, как бешеные катались на спине и наконец с пеною у рта, как бы после долгой и скорой езды, пропадали. Эти бедствия для деревни продолжались несколько месяцев. Наконец жители, говорит далее автор, пришли к мысли, что эти бедствия происходят от упомянутой женщины и, выкопавши, сожгли ее, как это делали они с трупами всех умерших, которые возвращались. Автор названной книги приводит много подобных примеров и рассказывает при этом о бедствиях, какие от сего происходили.

—стр. 258—
Так напр., он рассказывает историю одного пастуха из деревни Блов в Богемии, лежащей близ города Кадама. Пастух этот после своей смерти являлся в деревне и при этом называл некоторых лиц, которые после сего непременно умирали. Жители деревни выкопали его труп и, проткнув его колом, опять зарыли. Чудовище при этом, издеваясь над своими мучителями, говорило, что оно им очень благодарно, что дали ему палку, которая будет служить ему для защиты от собак. В следующую же ночь он опять явился, перепугал многих и мучил теперь еще более, чем прежде.

После сего труп выдали палачу и тот сжег его за деревней. Мертвец ревел, как бешеный, махал руками и ногами и издал страшный крик, когда его в другой раз проткнули колом, причем из него полилось множество красной крови. Наконец труп сожгли и привидение более не являлось.

Подобным же образом поступали с умершими, которые возвращались, и в других странах. Когда выкапывали их, цвет их тела находили всегда живым и свежим, члены мягкими и удобоподвижными и никакой порчи в теле, но из гробов их выходил отвратительный запах. Автор упомянутой книги ссылается на некоторых других писателей, которые подтверждают сказанное им об этом предмете. Привидения, говорит он, особенно часто являлись в горах Шлезвигских и Моравских. Видели их днем и ночью, замечали, как принадлежащие им вещи передвигались с места на место, хотя никто их не касался. Единственное средство против этих привидений состояло в том, что отсекали им головы.

Дело при этом ведется юридически: представляют доказательства, исследуют вырытый труп, не найдутся ли в нем признаки, по которым можно бы было сказать, что это есть именно тот являвшийся и мучивший людей вампир. Признаки эти были: подвижность членов, жидкая кровь, отсутствие порчи в теле. Если все эти признаки находили, труп немедленно выдавали палачу для сожжения. Иногда, спустя три или четыре дня после таких операций над трупом, привидение снова являлось. На этом основании погребение подозрительных лиц откладывали на срок от шести до семи недель. Если они не сгнивали и члены их оставались мягкими и подвижными, как у живых, в таком случае их сжигали. Уверяют, что члены их двигались, хотя никто не касался их, а недалеко от Ольмюца, утверждает автор, видели привидение, которое бросало камнями и сильно беспокоило жителей.

—стр. 259—
ГЛАВА IV
Мертвецы венгерские, высасывавшие кровь у живых

До графа Кабрера, начальника полка Аландетти, дошел однажды очень странный слух, который однако был распространен в целом полку. Слух этот распущен был, как донесли графу, одним линейным солдатом. Солдат этот, призванный к графу, рассказывал ему следующее: однажды сидел он с хозяином за столом, вдруг вошел в комнату незнакомый человек и сел подле них за стол. Хозяин этим так был испуган, что на следующий же день умер. Но после объяснилось, что незнакомец был умерший десять лет тому назад отец хозяина и это было предвестием и причиною его смерти. Граф Кабрера решился исследовать дело и отправился с офицерами, аудитором и полковым врачом на место совершения факта. Допрашивали семейство умершего, и так как и другие жители деревни показывали то же самое, граф велел вырыть гроб и умершего нашли в таком состоянии, как будто он только что умер — с лицом свежим, как у живого. Ему отрубили голову и потом сожгли. Другой, умерший уже тридцать лет тому назад, о котором носилась молва, что он днем являлся три раза в свой дом и умертвил, высасывая кровь, в первый раз своего брата, потом сына и, наконец, слугу, — найден был в подобном же состоянии. Этому забили в виски гвозди и снова зарыли. Третьего, умершего за шесть лет перед сим, который по показанию жителей умертвил двух сыновей своих, Кабрера велел сжечь. О своих распоряжениях Кабрера сообщил главному предводителю войска, который перенес дело ко Двору. Король назначил комиссию из офицеров, аудиторов, врачей и ученых, чтобы основательнее исследовать этот редкий и необыкновенный случай.

Передавший нам этот рассказ слышал его от самого графа Кабрера во Фрейбуре в Брейсгау в 1730 г. Следующий рассказ мы берем из «Иудейских писем»: новое изд. 1738 г., письмо 137-е.

История эта засвидетельствована двумя чиновниками из Белградского суда, которым поручено было исследование дела, и одним офицером королевской армии: эти лица были очевидцами. Дело происходило в Венгрии. В начале сентября, в деревне Кизилове, отстоящей от Градиша на три дня пути, умер шестидесятидвухлетний старик. Через три дня после погребения явился он своему сыну, и попросил у него есть. Сын исполнил желание отца и он исчез. На другой же день сын рассказал соседям об этом случае. В эту ночь отец не явился, но в следующую он опять явился и потребовать есть. Неизвестно, исполнил ли сын его желание или нет, — только на другой день нашли его мертвым. В тот же день заболело пять или шесть человек из деревни и все один за другим через несколько дней умерли.

—стр. 260—
Начальник деревни послал об этом известие в Белградский суд, откуда отправлены были в деревню два чиновника для исследования дела. Королевский офицер, который и сообщил известие об этом, отправился туда же, любопытствуя фактом, о котором ему так часто приходилось слышать. Вскрыли гроба всех, которые умерли за шесть недель перед сим и доходят до гроба того старика. Открыли гроб и нашли: глаза открыты, цвет лица свежий, естественное дыхание, но неподвижен, как мертвый. Из этого заключили, что он вампир. Судья велел приткнуть его в сердце колом, потом, разложивши костер, труп сожгли. Никаких признаков вампиризма ни на трупе сына, ни в других трупах не нашли.

Мы, слава Богу, нисколько не легковерны и сознаемся, что никакое знание не может найти объяснения для этого явления. При всем том, мы не можем отвергать такой факт, который исследован и подтвержден людьми нарочито для сего отправленными и исследован юридически.

Теперь мы намерены привести один случай из 1732 г., опубликованный в 18 номере журнала «Glaneur».

В известной стране Венгерской, которая на латыни называется Oppida Heidonum, лежащей по ту сторону Тиссы, то есть между этой рекою, орошающей благословенный Токайербецирк, и Зибенбюргеном, живет народ, известный под именем Гайдуков. Народ этот верит, что известные умершие, которых называют там вампирами, высасывают кровь у живых людей, от чего эти видимо худеют, между тем как трупы этих кровопийц до того наполняются кровью, что она просачивается из тела их. Это мнение в непродолжительном времени подтверждено многими фактами, в истинности которых, по-видимому, нельзя сомневаться, если принять во внимание характер лиц, которые передают их. Мы намерены привести из этих фактов только самые замечательные. Почти за пять лет пред сим, гайдук Арнод Паол из деревни Медрегуа в Сербии, о котором говорили, что при жизни его сильно мучил вампир, умер, сломав себе шею, и через двадцать или тридцать дней после сего умертвил 4-х человек, которые были свидетелями его несчастной смерти. Через 40 дней после погребения труп его выкопали и признали за вампира, так как нашли, что тление нисколько не коснулось его тела; изо рта, глаз и носа текла совершенно свежая кровь, так что вся одежда его была окровавлена, а на теле и ногтях образовался целый слой крови. По обыкновению, его проткнули через сердце колом, причем он издал очень явственный стон и кровь сильно полилась через сделанное отверстие; потом труп сожгли. Признаки вампиризма нашли также в трупах тех четырех человек, которые были умерщвлены им, потому что все те, которые были мучимы и умерщвлены вампиром, сами делались вампирами. Арнод Паол нападал не только на людей, но и на скот, и так как люди ели мясо этих животных, то делались и сами они вампирами, так что в продолжение трех меся-
—стр. 261—
цев умерло семнадцать человек. Между ними умерла и известная Станьоска, дочь Гайдука Йотуйцо. Девушка эта ушла спать совершенно здоровой, но в полночь проснулась со страшным криком и жаловалась, что умерший за четыре пред сим недели сын Гайдука, Милло, душит ее за горло; после этого она почувствовала сильную боль в груди и через восемь дней умерла. Отправились на кладбище и между тринадцатью вырытыми трупами десять нашли в вампиризме и только три трупа умерших, кажется, от другой болезни, сгнившими. Между вампирами были Станьоска и Милло, сделавший ее вампиром. На шее девушки под правым ухом, местом, за которое, по ее словам, душил ее Милло, действительно нашли кровяное синее пятно длиною в палец. При вскрытии гроба из носа у нее полилась кровь и Флекингер, полковой хирург, при анатомировании трупа обнаружил у сердца и в грудной полости, по его выражению, очень бальзамическую кровь. Одежда на ней нисколько не сгнила; кожа и ногти совершенно свежие. Всем, которых признали вампирами, по обычаю страны, отрублены были головы и трупы сожжены. Все приведенные нами исследования над вампирами производились по всем юридическим формам и засвидетельствованы многими офицерами, находившимися при этих случаях, полковым хирургом и лучшими людьми из местных жителей. Протокол, составленный об этом деле, в конце января был отослан в королевский военный совет, откуда наряжена была военная комиссия для исследования всех этих фактов.

Подписали: Айдниги (судья), Барриар, старшие из представителей Гайдуков, Баттуер, Обер-Лейтенант полка Александра Вюртембергского, Кликстенгер, хирург полка Фюрстенбургского, и три других хирурга.

—стр. 262—
ГЛАВА V
Мнение о вампирах автора «Иудейских писем»

Есть два средства против нелепых бредней о так называемых вампирах. Первое состоит в том, чтобы физическими причинами объяснить все чудеса вампиризма, второе — отвергнуть действительность всех историй подобного рода, и это последнее есть, без сомнения, средство вернейшее и разумнейшее. Но так как есть люди, для которых свидетельство какого-нибудь авторитетного лица может служить достаточным основанием принять за истину самый нелепый рассказ, посему необходимо прежде всего показать, как мало можно полагаться на свидетельство даже авторитетных лиц, когда дело требует научного исследования. Мы согласны, что люди действительно умирали от так называемого вампиризма. В основание нашего мнения мы полагаем: очень возможно, чтобы в телах, погребенных даже несколько дней тому назад, была жидкая кровь. Далее — очень возможно, что вампиры, сосавшие кровь у известных людей, были только в их воображении и что страх, произведенный воображением, мог произвести настолько сильное напряжение и потрясение во всем их организме, что они умирали. Мнимые вампиры целый день овладевали их мыслями и воображением; во время сна воображение, естественно, могло произвести образ этих чудовищ и причинить такой испуг, что они или тотчас, или немного спустя умирали. Кому не случалось видеть или, по крайней мере, слышать о людях, которые умирали в минуты сильного испуга? Самая сильная радость не влечет ли за собою столь печальных последствий?

В «Лейпцигской газете»¹ случилось нам прочитать краткое содержание одной небольшой книги под заглавием: «Philosophicae & Christianae cogitationes de Vampiriis, a Joanne Christophoro Herenbergio» («Философские и Христианские рассуждения о вампирах». Соч. И. Эренберга»), где упоминается многих других сочинениях по этому предмету. Автор утверждает, что вампиры не умерщвляют людей и все рассказы об этом должны быть приписаны только больному и расстроенному воображению. Многими примерами он доказывает, что воображение может произвести очень сильные потрясения в организме. Потом он говорит о том, как в Славонии убийцам протыкали кол через сердце; такое наказание прилагали и к вампирам в том предположении, что они были виновниками смерти тех, у которых высасывали кровь. Он приводит несколько примеров этих казней в 1337 и 1347 г. Далее автор излагает мнение тех, которые
___________
¹ Supplementum ad a. erudit., Lips., an. 1738, T. 2, p. 89.

—стр. 263—
верили, что мертвые в своих гробах едят. Древность этого мнения он доказывает из Тертуллиана, из прибавлений к его сочинению о воскресении и из сочин. Августина De Civitat., L. VIII, c. 27 et Serm. XV De Sanctis.

Вот довольно краткое содержание сочинения Эренберга о вампирах. Приведенное им место из Тертуллиана ясно свидетельствует, что язычники ставили своим умершим пищу, и даже тем, тела которых они сжигали. Они верили, что пища служит им для подкрепления: Defunctis parentant & quidem impensissimo studio, pro moribus eorum, pro temporibus esculentorum, ut quos sentire quicquam negant, escam desiderare praesumant.

—стр. 264—
ГЛАВА VI
Мнение о вампирах журнала «Glaneur»

При исследовании рассказов о смерти мнимых мучеников вампиризма открываются все симптомы эпидемического фанатизма, а также и то, что впечатление, произведенное на них страхом, является главной причиной их смерти. Станьоска, дочь Гайдука Йотуйцо, легла в постель совершенно здоровая, пробудилась ночью с отчаянным воплем и жаловалась, что Милло, умерший сын Гайдука, душил ее за горло; после этого она почувствовала сильную боль в груди и на восьмой день скончалась.

Здравомыслящий легко может видеть, что в этом случае мнимый вампиризм представляет собой лишь выдумки расстроенной фантазии.

Здесь дело идет о девушке, которая пробудилась ночью и жаловалась, что ее душил вампир, но не объясняла, как ее крик мог помешать вампиру продолжать операцию. Есть основание думать, что вампир не повторял своих операций потому, что в следующие за этим ночи не отходили от ее постели и потому, что ее крики, если бы вампир вздумал мучить ее, дали бы знать об этом ухаживавшим за нею. На восьмой, однако ж, день она умерла. Ее печаль и страх, ее уныние и мучения ясно доказывали, как сильно было расстроено ее воображение.

Жители городов, страдавшие от моровой язвы, знают по опыту, что испуг многим стоит жизни. Как скоро человек почувствует самую ничтожную боль, он думает, что поражен эпидемией; это так сильно действует на него, что он серьезно может заболеть.

Если мы исследуем другой рассказ о смерти замученного вампиром, то откроются очевиднейшие доказательства того, что в этом случае главную роль играли страх и предрассудок. Умерший, через три дня после погребения, явился ночью сыну своему, потребовал ужин, поел и исчез. На другой день сын рассказал ночной факт соседям. В следующую за этим ночь отец не являлся; но на следующее утро сын найден в постели мертвым. В этом рассказе суеверие и страх очевидны. Первый раз подействовав на воображение больного, тоска не произвела надлежащего действия, но предрасположила его дух к более сильному впечатлению, что и случилось после. Замечательно, что вампир не являлся в ту ночь, накануне которой сын рассказал свой сон соседям, потому что, как по всему видно, соседи ночью находились при нем и, значит, мешали ему испугаться.

Теперь я перехожу к исследованию тех трупов, у которых кровь была жидка, борода, волосы и ногти вырастали. Из этих чудес можно выбросить три четверти и быть очень снисходительным, если ос-
—стр. 265—
тавить частицу. Всякому очень хорошо известно, что народ и даже историки, часто очень известные, преувеличивают факты, хоть сколько-нибудь выходящие из уровня обыкновенных, тогда как очень легко чисто физически объяснять причину этих фактов.

По опыту известно, что в некоторых частях земли тело может сохраняться во всей своей свежести. Это явление объясняют весьма удовлетворительно, и потому не лишним будет привести здесь один из таких фактов. В Тулузе, под монастырской церковью, в пещере сохранились тела умерших до того невредимыми, что их легко принять за тела живых, тогда как эти умершие оставили жизнь за двести до этого лет. Эти тела в костюмах своего ордена прислонены к стене стоймя. Но разительнее всего в этом случае тот факт, что тела, поставленные на другой стороне этой же пещеры, становятся добычей червей через два или три дня.

Часто приходится замечать, что у мертвых вырастают волосы, борода и ногти. Причина этого явления понятна: так как в теле остается еще немного мокрот, то нисколько не удивительно, что в безжизненных частях может некоторое время продолжаться растительность.

Жидкая кровь представляет больше трудностей для объяснения, но и для ее присутствия в теле умершего можно указать естественные основания. Если солнечный луч нагревает селитренные и серные части в почве, способной сохранять тело, то эти части, смешиваясь со свежепогребенным трупом, приводят в брожение сгустившуюся кровь и разжижают ее. Возможность такого явления доказывается опытом. Если в глиняном или стеклянном сосуде нагревать хил¹ или молоко с двумя частями дистиллированного виннокаменного масла, то белая жидкость превращается в красную потому, что соль винного камня, разжижая маслянистую часть молока, совершенно разжижает и превращает ее в род крови. Кровь, образовавшаяся в сосудах тела, менее красна и не гуще. Итак, очень естественно, что жар, возбуждая волнение в погребенном теле, производит точно такое действие, какое происходит и в вышеприведенном эксперименте, потому что соки тела и кости весьма похожи на хил, а жир и мозг суть маслянистые части этого хила. Все эти части от волнения должны принять вид крови на основании упомянутого эксперимента. После этого так называемые вампиры могут испускать из себя эту жидкость, состоящую из растворенных жирных частей, принимаемую за кровь.
__________
¹ Хил или млечный сок - часть желудочной кашицы, назначенной для соединения с кровью. Прим. переводч.

—стр. 266— 
ГЛАВА VII
Рассказ о вампирах из «Меркурия» за 1693 и 1694 годы. Предположения Голландского журнала «Glaneur» за 1733 г. № ІХ. Два письма о вампирах

В 1693 и 1694 годах публично объявляли, что в Польше и особенно в Польской Руси являлись днем вампиры и сосали у людей и животных кровь, которая потом во гробе текла по их губам, носу и особенно ушам, так что они плавали в крови во гробе, как часто находили их¹. Вампиры не удовлетворялись одним лицом в доме, но мало-помалу истребляли всех, если только их не останавливали, — не отсекали у них голову или не пробивали им колом сердце. Некоторые, для охранения себя от вампиров, смешивали хлебную муку с кровью вампиров, и питавшихся хлебом, приготовленным из этой муки, вампиры не беспокоили.

Голландский «Glaneur», мало кому веривший, принимает эти факты за несомненные и истинные, потому что не имеет достаточных оснований оспаривать их. Впрочем, он утверждает, что народы, у которых являются вампиры, слишком невежественны и легковерны, так что явления, о которых идет речь, не более, как продукт их уродливой фантазии; их грубая пища — главная причина этого: питаются они большей частью только хлебом, приготовленным из овса, корней и древесной коры, и такая пища может производить только густую и испорченную кровь и вызывать в воображении мрачные представления.

Эту болезнь он сравнивает с укушением бешеной собаки, которая передает свой яд укушенному. Точно таким же образом, говорит он, и зараженные вампиризмом передают этот опасный яд тем, которые их посещают. Этим именно объясняется причина беспокойных ночей, тяжелых снов и так называемых явлений вампиров.

Если вампиры издают крик, когда в их сердце вонзают кол, то в этом нет ничего неестественного. Заключенный в сердце воздух, быстро выдавленный, необходимо производит этот звук, когда проходит через горло. Это часто бывает с трупами даже и тогда, когда до них никто не дотрагивается. Он заключает, что только помраченная унынием и суеверием фантазия может представлять, что болезнь, о которой столько было говорено, происходит через вампиров, которые будто приходили с тем, чтобы высасывать у больных последние капли крови.

Перед этим он говорит, что в 1732 г. еще известны были вампиры в Венгрии, Моравии и Турецкой Сербии; что этот феномен
__________
¹ Mercury sous lè mot Styges.

—стр. 267—
очень известный, так что сомневаться в нем нечего; что многие Немецкие физики написали о нем целые томы на латинском и немецком языках; что Академии и Университеты в Германии еще и доныне рассуждают об Арноде Паоле, Станьоске, дочери Гайдука Йотуйцо, и Гайдуке Милло, которые все были пресловутыми вампирами деревни Медрегуа, в Сербии.

Далее я приведу письмо, в котором мой друг сообщает мне сведения о вампирах венгерских. Автор письма совершенно расходится во взгляде на вампиров с Голландским «Glaneur».

«Чтобы удовлетворить желанию высокопочтеннейшего Аббата Кальмета относительно вампиров, нижеподписавшийся имеет честь уверить, что ничего нет вернее, как все те рассказы судебные, которые печатаются публично в газетах и известны всей Европе. Но из всех актов г. Кальмету лучше всего обратиться, для удостоверения в действительности явлений вампиров, к актам Белградской депутации, учрежденной Е. В. Карлом VI и окончившей свое дело при Е. В. Герцоге Карле Александре Вюртембергском. Жаль только, что в настоящую пору я не могу указать вам ни года, ни месяца, ни дня, потому что не имею под руками своих бумаг.

Этот Принц позволил Белградской депутации, состоявшей из офицеров и чиновников, поселиться с Генеральным аудитором Королевства в той деревне, в которой умерший вампир в течение многих лет производил ужасные опустошения между своими родственниками. Заметьте, г. Аббат, что эти кровопийцы стараются истреблять людей только в своей фамилии. Эта депутация состояла из лиц, ученость и безукоризненная нравственность которых всем известна. Все они были приведены к присяге Лейтенантом Регента Принца Александра Вюртембергского и отправились в сопровождении 24-х гренадеров.

Все знатнейшие Белградцы и сам Герцог пристали к депутации, желая быть очевидцами исследования.

Прибыв на место, узнали, что вампир, дядя 5-ти племянников и племянниц, в течение 50 дней потребовал в другую жизнь трех из них и одного из своих братьев. Он в последний раз посещал свою пятую племянницу, молодую и красивую девицу, и два раза уже сосал у нее кровь, как положили конец этим кровавым сценам.

В начале ночи депутаты отправились к могиле вампира. Рассказчик происшествия не мог определенно указать ни особенных обстоятельств, ни времени, при которых и в которое высасывалась кровь у лиц уже умерших. Молодое лицо после такого истощения было в самом жалком изнеможении, так тяжело было это мучение. Приблизившись к могиле умершего за три до этого года, увидели свет, как от лампады, впрочем не столько ясный. Когда открыли гроб, мертвец оказался как живой, глаза были полуоткрытые и блестели, сердце билось. Когда подняли тело из гроба, оно оказалось совершенно неповрежденным, хотя и не было мягкое, подвижное и гиб-
—стр. 268—
кое. Когда сердце было пробито, то из него полилась беловатая, смешанная с кровью материя, более, впрочем, крови, чем материи, без малейшего запаха; подобная же жидкость полилась, когда отрубили голову. Когда его опять положили во гроб с большим количеством извести, молодой племяннице, у которой он два раза сосал кровь, с этого часа сделалось лучше. Вампиры не избирают одного определенного места, они являются то здесь, то там, но где они поселяются, там показывается часто синеватый огонек.

Это известный факт, доказанный достоверными актами, случившийся более чем со 100 лицами, заслуживающими доверия.

Чтобы еще более удовлетворить желанию ученого Аббата Кальмета, я опишу еще обстоятельнее все, что видел собственными глазами и эти подлинные рассказы отправлю через курьера св. Урбана; я рад всякому случаю, который позволяет мне доказать г. Кальмету, что никто столько не уважает его глубокой учености, как преданнейший слуга Л. фон Белец, прежде капитан во время регенства Принца Александра Вюртембергского, а потом начальник гренадеров в регенство Барона фон Тренка».

Чтобы ничего не опустить, что может еще более пролить света на этот предмет, я приведу здесь еще одно письмо достопочтенного и благонадежного мужа о вампирах.

«Ты просишь, дорогой мой племянник, сообщить тебе верные сведения об известных мертвецах венгерских, которые отнимали у многих жизнь. Я могу сообщить тебе об этом основательные известия, потому что я много лет провел в этих странах и от природы любознателен. В жизни своей я слышал очень много рассказов о духах и привидениях, но из тысячи едва ли и одному я мог поверить; нужно быть очень осторожным, чтоб не поддаться обману. Между тем этот факт так очевиден, что я принужден ему верить. О вампирах венгерских я приведу следующий факт.

Многие, заболевшие вследствие посещения вампиров, думали, что видят белое привидение, везде следовавшее за ними. Больные теряли аппетит, худели или умирали спустя 8, 10 или 15 дней, не испытывая при этом ни лихорадочной дрожи, ни других симптомов, кроме исхудалости и истощения. Когда мы квартировали в Аннанте Темешвара Валахийского, умерли два кавалериста из компании, к которой я принадлежал. Болели многие и были бы непременно похищены смертью, если бы не воспользовались принятым здесь лекарством; именно: заставили мальчика ехать по могилам кладбища на неоседланном, весьма молодом черном жеребце и открыть могилу, в которой потом найден вампир жирный и как бы спокойно спящий. Этому мертвому перерезали горло, из которого полилась очень красная, свежая кровь. Окончив операцию, решили, что болезнь кончилась, что все больные со временем выздоровеют, как и случилось со многими из наших кавалеристов, страдавших болезнью. В это время я был комендантом компании; моего начальника и лей-
—стр. 269—
тенанта не было. Меня весьма рассердило, что корпорал воспользовался описанным обычаем без моего согласия и ведома. Я более всего хотел бы присутствовать при этой операции, между тем, должен был удовлетворяться рассказами».

Родственник этого офицера письмом от 17 октября 1746 г. уведомил меня, что его брат, в течение 20-летней службы в Венгрии строго исследовавший все рассказы о тамошних вампирах, нашел, что Венгерцы суевернее других наций, и что они приписывают чародейству все болезни, от которых страждут. Как только заподозрят умершего, что он причиняет им болезни, то, с позволения властей, вырывают мертвеца, отсекают у него топором голову, и если при этом появляется хоть капля крови, заключают, что это кровь, высосанная у больных. Написавший мне эти строки, кажется, не сочувствует этим верованиям¹.
_____________
¹ Рассказы о явлениях вампиров и привидений не более как продукт невежественной фантазии народной, как доказывает сам г. Кальмет в заключении исследования. Прим. переводч.

—стр. 270—
ГЛАВА VIII
Саги об умерших в северных странах: Англии и Лапландии

Томас Бартолин1 говорит: древние северные народы были убеждены, будто умершие в молодости часто являлись, облекаясь в свои тела, и приводит много примеров такого рода. К этому он прибавляет, что некоторые сражались с привидениями, которые беспокоили и оскорбляли людей, и около своих могил сажали деревья. Так, Греттеру, являвшемуся после смерти, отрубили голову; в тела других умерших вонзали колья и потом зарывали в землю2.

Часто вырывали умерших из гробов и сжигали их. Так поступили, напр. с привидением Гардусом, которого сочли виновником всех несчастий, случившихся во время бури.

По словам Вильгельма Мальмесбюри3, Англичане думали, что злые после смерти возвращаются в свои тела при посредстве демона, который сообщает им необходимые движения4.

Вильгельм Нейбрижский, живший во 2-й половине 12-го века, говорил: человек, погребенный в Бервике, каждую ночь подымался из могилы и причинял большие беспокойства целому околодку. Говорят, будто он хвалился, что будет беспокоить живых до тех пор, пока не сожгут его. Для этой операции выбрали 10-ть смелых, сильных, молодых людей, которые вырыли его, изрубили на куски и сожгли на костре. Как только мертвеца вырыли, один из совершавших операцию сказал: мертвеца нельзя сжечь до тех пор, пока не будет исторгнуто у него сердце. Его предложение было принято, и мертвец, брошенный в костер, превратился в золу и не являлся более.

Впрочем, вообще древние язычники думали, что тела умерших лишены покоя и не защищены от заклинаний до тех пор, пока они не будут пожраны пламенем или не изгниют в земле5.

Лапландцы рассказывают о многих привидениях, которые являлись тамошним народам и против их воли заставляли их говорить и есть с собою. Когда Лапландцы убеждались, что это души родственников умерших беспокоят их, то они сжигали тела умерших, думая, что только этим они могут избавиться от беспокойных. Лапландцы вообще держались того мнения, что души усопших опасны для живых до тех пор, пока они не перейдут в другие тела. Демонам и
_____________
1 Bartholin, De causis, Lib. 2, cap. 2.
2 «Nam ferro secui mox caput eius, Perfodique nocens stipite corpus».
3 Guillaume Malmesburi, Lib. II, c. 4.
4 «Nequam hominis cadaver post mortem Daemone agente discurrere».
5 «Tali tua membra sepulchro / Talinus exuram Stygio cum carmine Sylvis / Ut nullos cantata magos exaudiat umbra», говорит у Лукиана колдунья к душе, которую она заклинает.

—стр. 271—
блуждающим привидениям, как думали Лапландцы, около гор, скал, озер и рек в Лапландии воздаваемо было такое же почтение, как Римляне воздавали Фавнам, лесным богам, Нимфам и Тритонам.

Таким образом, мы находим указания на умерших, которые после погребения опять возвращались к жизни, еще перед двенадцатым веком и в других странах, особенно северных1. Впрочем, все эти саги слишком далеки, по своему характеру, от нашего предмета; вампиры, о которых у нас идет дело, почти не имеют ничего общего со всем этим.
____________
1 В некотором, впрочем очень далеком, отношении к вампирам стояли в языческой древности Лямии и Стрижи. Лямии, по мнению древних, чудовища, похожие с виду на женщин с ослиными ногами. Они пожирал детей или сосали у них кровь. Гораций (Ars poetica 340) говорит: «Neu pransae Lamiae vivum puerum extrahat alvo». Стрижей Овидий называет страшными птицами, которые летают ночью и ищут детей с намерением умертвить их, или по крайней мере высосать у них кровь: «Carpere ddicuntur lactentia viscera rostris; / Et plenum poto sanguine guttur habent. / Est illis strigibus nomen». Замечателен в позднейшее время закон Карла Великого, относящийся отчасти к этому предмету: «Если кто, сказано в Капитулляриях Карла Великого, обольщенный диаволом, по примеру древних (язычников) убежден, что мужчина или женщина ест людей и сожигает их, употребляет в пищу сам и другим дает для этого, тот подлежит смерти» (Capitull. Caroli Magui pro partibus Saxoniae I, 6).

—стр. 272—
ГЛАВА ІХ
Народные поверья о пораженных громом и так называемых бруколаках. Рассказ о бруколаке на острове Мико

Некоторые полагали, что пораженные громом не истлевают. Это взгляд Закхия (Zacchias); Паре (Paré) и Комин (Comines), верившие так же в нетление пораженных громом, думали, что причина нетления пораженных громом в том, что их охватывала и проникала насквозь сера молнии и заменяла собою соль в организме.

В 1727 году, в яме, около госпиталя в Квебеке, были открыты неповрежденные тела умерших 5-20 лет до этого монахинь, у которых, несмотря на то, что они покрыты были известью, текла кровь из открытых мест.

Довольно распространено было мнение, что умершие под клятвою отца или матери часто являлись живым днем и ночью, говорили с ними, звали и беспокоили их. Лев Алляциус рассказывает много подобного рода фактов. По поводу этих явлений он, между прочим, замечает, что жители острова Хиоса, услышав в первый раз зовущий их голос, не отвечают из страха, что это дух или привидение. Если зов повторится, думают они, то это не бруколак, т. е. не привидение на их языке; если же отвечали на первый и второй зов, то привидение исчезало, но отвечавший непременно умирал.

Чтобы избавиться от злых гениев, принято было за правило: выкопать труп являвшегося или явившегося лица и по совершении известных обрядов сжечь его. После этого, думали они, явление привидения не повторится. Думали также, что умершие преступники и злодеи оставляли свои гроба, что явление их смертоносно для видевших или отвечавших им, и что демон служит их телам с тем, чтобы при их посредстве пугать живых и лишать их жизни.

Для избежания этих опасных явлений, обыкновенно сжигают или раздробляют труп преступника, или вынимают из него только сердце, или перед погребением его способствуют разложению трупа, или же отсекают голову, или наконец сквозь виски вбивают в голову большой гвоздь.

Кроме этого, Греки думают, что эти умершие ночью гуляют, приготовляют себе пищу и едят. Г. Рико в своей истории «О современном состоянии Греческой церкви» говорит о многих трупах, здоровых и красных, в жилах которых спустя сорок дней после смерти кровь была такая же свежая, как у молодых людей с сангвиническим темпераментом. Это так общеизвестно, что каждый может рассказать много подобных фактов со всеми подробностями. Г. фон Турнефор (Tournefort) приводит даже обряд выкапывания так назы-
—стр. 273—
ваемого бруколака на острове Мико (в Греческом Архипелаге), на котором был он 1-го января 1701 года. Вот его слова:

«Я был очевидцем на острове Мико ужасного поступка, совершенного над одним из тех умерших, которые, по мнению островитян, являются после погребения. Человек, о котором идет речь, островитянин, от природы угрюмый и сварливый. Он найден на поле убитым неизвестно кем и каким образом. Спустя два дня после того, как он похоронен был в городской церкви, разнесся слух, что умерший бегает ночью, входит в дома, опрокидывает посуду, гасит огонь, хватает людей за спину и т. п.

Сначала над этим смеялись, но потом дело получило серьезный характер, когда начали жаловаться и почтенные люди. Многие лица, пользовавшиеся доверием и уважением, подтверждали достоверность носившихся слухов и, без сомнения, не без причины. Даже во время совершения литургии в церкви, в которой был похоронен этот умерший, он не оставлял своих проделок и вовсе не думал исправляться. После долгих споров представителей города, священников и монахов, решили, по древнему обычаю, который не известен мне, дожидаться окончания первых девяти дней после погребения.

На десятый день после погребения в церкви, в которой похоронено было тело, совершили литургию с тем, чтобы изгнать демона, поселившегося, как все думали, в трупе. После обедни вырыли тело, чтобы совершить над ним обряд изгнания демона. Положили вынуть у мертвого сердце, и городской мясник, дряхлый и неискусный, начал с того, что вскрыл, вместо груди, брюхо и долго рылся в кишках, не находя искомого. Наконец ему сказали, что нужно разрезать диафрагму¹, и сердце наконец вынули. Труп сильно вонял, и потому закурили фимиам, но дым, смешавшись со зловонным запахом, только увеличил вонь и начал действовать на мозги окружавших труп.

Их воображению, возбужденному зрелищем, являлись видения. Думали, что тяжелый дым исходит из трупа; постоянно твердили, что в церкви бруколак, одно имя которого способно было поколебать своды церкви; многие из присутствовавших находили кровь этого несчастного свежей и красной. Мясник божился, что кровь очень тепла. Из этого заключили, что в мертвом диавол поддерживает жизнь; это заключение стояло в тесной связи с представлением о бруколаке. Очень многие клялись, что заметили, будто труп так же мягок, как и прежде, когда переносили его с поля в церковь для погребения, что, следовательно, он бруколак, о котором везде говорили. Я стоял у самого трупа и потому верно мог наблюдать; обоняние мое сильно страдало от страшной вони от трупа. На вопрос, что я думаю о покойнике, я отвечал, что считаю его обыкновенным мертвецом.
_____________
¹ Диафрагма - грудобрюшная преграда, разделяющая наше тело на две части: грудь и живот. Понятно, что мяснику мешала диафрагма отыскать сердце. Прим. переводч.

—стр. 274—
Желая осветить помрачившуюся их фантазию или, по крайней мере, ослабить волнение, я сказал: нет ничего удивительного, что мясник почувствовал некоторую теплоту, пошарив в истлевших уже кишках; вонь так же обыкновенна, как и от навоза, когда его разроют. Что касается до красной крови, которую можно видеть на руке мясника, — это не что другое, как зловонная нечистота.

Вопреки этому представлению, решили отправиться на морской берег и там сжечь сердце умершего, думая прекратить этим неприятные выходки бруколака, который бил людей, ломал двери, бил окна, рвал платья, опустошал кружки и бутылки. Из последнего видно, что мертвец сильно страдал от жажды. Странно только то, что дом консула, в котором мы жили, был пощажен бруколаком. Этот факт доказывает только печальное состояние умственного развития островитян. Воображение было у всех и каждого болезненно, расстроено; целые семейства оставляли свои дома и уносили постели на край города для ночлега. Наступление каждой ночи встречаемо было всеобщим плачем; даже люди благоразумные бежали из своих домов. О всеобщем предрассудке я решился не говорить ни слова и этим избежал опасности быть признанным за неверующего, а также едких насмешек. Свое поведение я оправдываю тем, что невозможно же было в самом деле объяснить всему народу его заблуждение. Думавшие, что я сомневаюсь в истинности рассказываемого факта, приходили ко мне и разубеждали меня в моем неверии. Они думали уверить меня, что умерший бруколак, свидетельством мясника и миссионера П. Рихарда, Иезуита. «Это католик, говорили они, следовательно, вы должны верить ему». Меня бы постоянно беспокоили, если бы я отверг и это столь убедительное доказательство. В каждое наступавшее утро повторялась та же комедия: нас угощали рассказами о новых проделках, в которых упражнялся мертвец, и жаловались на его беззакония.

Более заботливые думали, что для полной безопасности не исполнена существеннейшая часть обряда. По их мнению, следовало совершить обедню после того, как вынуто было сердце у несчастного. Только этой мерой предосторожности, думали они, диавол непременно был бы изгнан и, без сомнения, не воротился бы опять в труп. А так как литургией началась церемония, то диавол имел довольно времени удалиться и потом опять воротиться в тело умершего.

Несмотря эти суждения, дело, очевидно, нисколько не улучшилось. Собирались по утрам и вечерам, спорили, совершали процессии в течение трех дней и трех ночей; священники заставляли поститься; дома и двери кропили св. водою и наливали ее в уста бедного бруколака. Бывавши часто бывая в городском приказе, я всегда настаивал на том, что в благоустроенных государствах в подобных случаях приказывают ночной страже строго наблюдать за всем, что происходит в городе. Совету моему наконец последовали, и в первую же ночь схватили нескольких бродяг, которые, очевидно, при-
—стр. 275—
нимали участие в ночных беспорядках. Через два дня бродяги, когда их выпустили из тюрьмы, опять возобновили свои проделки в награду за страдание в тюрьме: опустошали кружки с вином в домах, оставленных на ночь. Граждане опять прибегали к молитве.

Однажды после совершения молитвы вбили несколько сабель в могилу умершего, которого в тот день, по просьбе родственников, выкапывали около трех или четырех раз. Бывший в это время на острове Албанец доказывал, что в подобных случаях очень нелепо со стороны христиан употреблять сабли. «Вы не видите, вы слепы! говорил он, что сабли в точке соприкосновения образуют форму креста и тем самым препятствуют диаволу выйти из трупа». Предложение просветителя не имело, однако, успеха. Бруколак нисколько не исправлялся, и потому все были в страшном смятении, не знали, как избавиться от него, как вдруг, как будто сговорившись, решили сжечь бруколака. Это, конечно, лучше, чем оставлять остров, как некоторые думали; в самом деле, многие семейства собрали свои пожитки с намерением отправиться на остров Сиру или Тину в Греческом Архипелаге.

По приказанию городских властей тело умершего перенесено было на вершину острова св. Георга, где приготовлен был большой костер из сосновых дров с тем, чтобы труп сгорал медленно. Останки этого несчастного в короткое время были пожраны пламенем. Это было 1-го января 1701 года. После этого перестали жаловаться на бруколака, говорили, что диавол ловко обманут, пели песни и ругались над диаволом.

Весь Архипелаг держался того мнения, что только мертвецов-Греков может оживлять диавол. Жители острова Санторина весьма боялись таких привидений. Жители острова Мико после того, как их мечты рассеялись, опасались преследования Турок и Тинского епископа столько же, сколько и бруколака. Дело в том, что на остров св. Георга они не пригласили ни одного священника, когда сжигали труп, из опасения, что Епископ потребует деньги за то, что они без его позволения выкопали и сожгли труп; что касается Турок, то они при первом своем нападении страшно ограбили остров и таким образом кровь невинного крестьянина была вполне отмщена. — Несмотря на все это, Греки не суевернее и не невежественнее других народов». — Этого достаточно для нашей цели из рассказа г. фон Турнефора.

—стр. 276—
ГЛАВА Х
Различные системы для объяснений явления вампиров

Нет ничего удивительного, что появилось много систем для объяснения явлений вампиров после того, как эти явления произвели в мире такое глубокое впечатление.

Одни думали, что случайное восстание возможно или при посредстве души умершего, возвращающейся в тело, или при помощи диавола, сообщающего на время данному телу движение и жизнь, когда кровь сохраняет еще свою упругость и текучесть, и органы еще не совершенно разрушились.

Другие, обращавшие внимание на происшедшие от этих явлений последствия, думали, что вампиры — не действительно умершие, что в них таится пока жизненная сила, а душа временами сообщает им силу подыматься из гробов и являться людям, что они для подкрепления себя принимали пищу, высасывая кровь у своих родственников.

Не так давно в Париже издана была одна книга — сочинение профессора Парижского Медицинского Факультета Винслу (Winslou), дополненная доктором медицины Бругером: «Неизвестность признаков смерти и вред от поспешных похорон», с дополнением доктора медицины Бругера. В этом сочинении можно остановиться на замечании, что многие лица, признанные умершими и погребенные, еще долго жили, когда им вовремя подавали помощь.

В апреле 1740 года профессор Винслу защищал тезис, что эксперименты хирургии более всего другого способствуют открытию малоизвестных признаков сомнительной смерти. Далее есть много случаев, говорит Винслу, когда признаки смерти бывают очень сомнительны, и указывает при этом на лица, которые признаны умершими и погребены, но, потом спасенные, еще долго жили.

Доктор Бругер дополнил этот тезис учеными замечаниями, еще более доказывающими мнение Винслу. Мы воспользуемся только годным для нашей цели и докажем достоверными фактами¹.
_____________
¹ Доктор Герберт Майо (Mayo) в сочинении «Истина в народном суеверии — в письмах» объясняет вампиризм мнимой смертью и смертельным обмороком (Traumtod). Для обозначения прекращения жизненной деятельности он употребляет выражения: смертельный обморок, - смертельное исступление, или экстаз. В указанном сочинении Майо трактует (письма V, VI, VII, VIII) об экстазе и его различных формах. Он различает экстатический сон и экстатическое бодрствование. Экстаз, выражающий вообще ненормальное отношение между духом и нервной системой, имеет, по замечанию Майо (стр. 100), свои фазы или степени, соответствующие нормальному бодрствованию в естественном состоянии. Натуральный сон разделяется на три вида: - глубокий, тяжелый сон сильного изнурения; обыкновенный, здоровый, глубокий сон; и легкий, тихий сон здорового и больного: точно

—стр. 277—
так же и экстатический сон троякий: смертельный экстаз, продолжительный экстаз и начинающийся, или начальный экстаз. Но когда в экстазе все элементы достигают огромных размеров, то различия трех степеней экстатического сна и свойственные каждому из этих различий феномены увеличиваются и неизмеримо усиливаются. Майо различие между мнимой и экстатической смертью объясняет так (стр. 37): «Во многих случаях мнимой смерти действия известных смертоносных влияний ведут борьбу с жизненным принципом потому, что последний противодействует напору и силе первых, - чего не бывает при смертельном экстазе или обмороке. Смертельный экстаз или смертельное исступление есть положительное состояние - период покоя, продолжение которого может быть иногда наперед определено, хотя и непонятно. Так, иногда пациент внезапно пробуждается и совершенно выздоравливает; часто представляет собой неподвижную машину, то приходит в действие опять. Базис смертельного обморока или экстаза есть прекращение биения сердца, дыхательных функций и произвольных движений; чувство, рассудок и растительные функции организма обыкновенно прекращают свою деятельность. С этими явлениями тесно связано и прекращение телесной теплоты». На стр. 102 он описывает это так: смертельный экстаз есть образ смерти. Сердечная деятельность оканчивается, дыхание прекращается; все признаки продолжающейся чувствительности и сознания исчезают, температура тела понижается. Экстатический индивидуум совершенно похож на безжизненный труп; суставы неподвижны, все тело гибко и искривлено; к этому иногда присоединяется еще и судорожное оцепенение. Единственное средство узнать, продолжается ли жизнь, - это ожидать исхода. Тело нужно положить в умеренно теплой комнате и ускорить разложение, если настала смерть тела, или удержать жизненную искру, если она еще в теле: - при этом необходимо караулить тело постоянно. Подобные примеры о смертельном обмороке приведены д-ром Гербертом Майо на стр. 38 и след., а также примеры видений в этом состоянии на стр. 103 и 104-й, и его дальнейшие замечания о мерах к отвращению поспешных похорон на стр. 45 и 46-й. Он говорит здесь следующее: «Очень часто смертельный обморок постигает в внезапных и необъяснимых смертных случаях, подает повод к печали родных и друзей, - и в тоже время непомерная ревность родных очень легко способствует поспешному анатомированию (Sektion).
Если тело не пробудится и при этом последнем счастливом способе, то из этого нисколько еще не следует, что искра жизни в нем совершенно угасла. Эта мысль слишком грустна; но из нее вытекает необходимость дозволить некроскопические исследования, если есть несомненные доказательства - для того, что жизнь совершенно угасла, - т. е. для предписаний, которые должны быть везде соблюдаемы, а также для того, чтобы представить строгую оценку исследований трупа. Великая практическая важность вопроса состоит в том, как узнать, что в теле прекратилась жизнь? Полное отсутствие обыкновенных признаков жизни недостаточно для доказательства того, что жизнь прекратилась. Тело может совершенно охладеть; пульс - прекратить свое биение; дыхание - остановиться; все движения - прекратиться; члены, вследствие судороги, могут окоченеть; сжимательные мышцы - лишиться своей эластичности; кровь при вскрытии вены может и не течь; глаза - сделаться стеклообразными, может настать частная (partielle) мертвенность (mortification), вследствие которой слышится запах мертвеца и, несмотря на все это, тело может жить. При настоящем состоянии науки единственное средство - узнать, что жизнь действительно и совершенно прекратилась, - это дождаться химического разложения, которое обнаруживается в перемене краски, в синеве и зеленоватости на полости брюха и передних частей шеи и в одновременном труповом запахе».
Чтобы перейти от этих замечаний к вампиризму, д-р Герберт Майо объясняет его, с одной стороны, обмороком, который признан у него эпидемическим в известные времена и в известных местностях (напр. 47 и след. стр.), с другой стороны - психическим фактом, и притом в связи со смертельным экстазом. Он старается доказать, что дух или душа одного человека по естественному течению вещей и по известным физиологическим законам входит в непосредственную связь с духом другого индивидуума живого. В отношении к известным духовным признакам (стр. 79) смерти, - вследствие которых, напр,
—стр. 278—
Иоанн Дунс Скотт, прозванный Doctor subtilis, имел несчастье быть заживо погребенным в Кельне. Спустя несколько времени, открыв гроб его, увидели, что он изгрыз руки. Равным образом Император Зенон был изъят из гроба уже тогда, когда стражи услышали несколько раз внятно повторенный голос. Лан-цизи, знаменитый врач Климента XI (папы), говорит, как очевидец, что в то время, как он писал, было еще в живых одно знаменитое лицо, которое ожило уже то время, как отпевали панихиду.

Петр Закхий (Zacchias), другой знаменитый Римский врач, говорит: в Свято-Духовском госпитале заболевший от холеры юноша так ослабел, что его сочли мертвым. Когда же этого мнимого мертвеца вместе с другими несли к р. Тибру, он начал обнаруживать признаки жизни; его возвратили в госпиталь, где он и выздоровел. Спустя несколько дней он опять так ослабел, что никто уже не сомневался в его смерти. На этот раз его положили вместе с другими, назначенными для погребения. Он и в этот раз ожил, — и жил еще и во время Закхия, по словам последнего.

Рассказывают, что 40-летний Виллиам Фокслей¹, уснувший 17 апреля 1546 года, проспал, без всякой болезни, 14 суток. Он думал, что он спал одну только ночь, и только тогда убедился, что действительно долго спал, когда ему указали на строение, которое начали строить перед его сном и которое было уже окончено при его пробуждении. Говорят также, что во время Григория II-го ученик в Любеке проспал семь лет сряду. Лилий Геральд¹ говорит, что один крестьянин проспал всю осень и зиму³.
____________
умерший уведомляет друга о своей кончине, - мы можем принять, что кончина одного человека через спиритуальный (spirituelle) мир отражает лучи света на один пассивно расположенный индивидуум или одновременно на два индивидуума, если только они в прямом отношении - друг к другу, подобно тому, как две башни церкви мгновенно освещаются молнией, которая в то же время нисколько не освещает темноты сводов, лежащих под башнями. Этот принцип годится и для объяснения посещений вампиров. Душа погребенного человека вступает в общение, как мы должны принять, с духом своего друга, а после этого на явление умершего нужно смотреть, как на обман чувств. Может быть, посещение умершего есть инстинктивное стремление его обратить внимание на продолжающуюся его жизнь во гробе. С этой точки зрения не суеверием, но осмотрительностью было бы, если бы каждый, кому являются во сне умершие его знакомые, поспешил исследовать состояние умершего во гробе. Таков взгляд доктора Герберта Майо. Примеч. Немецкого переводч.
¹ Larrey dans Henri VII, roi d’Angleterre, p. 536.
² Lilius Giraldus, Hist. Poet. Dialog. 8.
³ При настоящем состоянии науки причины такого продолжительного сна, как семилетний, совершенно необъянимы. Но того, что положительный сон возможен, нельзя отвергать. Примеч. переводч.

—стр. 279— 
ГЛАВА XI
Заживо погребенные и утонувшие, признанные мертвыми, — которые опять ожили

Плутарх говорит: «С высоты упал человек, которого потому сочли мертвым, несмотря на то, что в нем не видно было никаких повреждений. По истечении трех дней его хотели похоронить, но он ожил». Асклепиад¹, встретившись с большой погребальной процессией, попросил позволить ему посмотреть умершего и, прикоснувшись к нему, заметил в нем еще признаки жизни, возвратил ему жизнь при пособии лекарств и передал его родителям.

Есть много рассказов о людях, которые были погребены, но опять возвратились к жизни и долго жили в добром здоровьи. Мы укажем несколько примеров. Так, в Орлеане² умерла и была погребена женщина с кольцом на пальце, которое напрасно старались снять. В следующую ночь служитель, рассчитывая на барыш, отправился на кладбище, разрыл яму, открыл гроб и, не могши снять кольца, хотел отрубить палец. Мнимая умершая громко закричала; служитель, страшно испуганный криком, бросился бежать, а она поднялась из гроба, возвратилась в дом и долго жила после этого со своим мужем.

Бенард, магистр хирургии в Париже, говорил, что, когда он был со своим отцом на церковном кладбище, вынули из гроба монаха-францисканца, за три или четыре дня перед этим погребенного: связка, которой перевязаны были руки, изгрызена, — и монах скончался в то самое мгновение, как вдохнул в себя воздух.

Многим известна история жены одного советника в Кельне, погребенной в 1571 году с дорогим кольцом на руке³. В следующую ночь гробокопатель открыл гроб с намерением украсть кольцо; но умершая схватила его за руку и заставила его вытащить ее из могилы. Вор постарался высвободиться из ее рук и бросился бежать. Ожившая постучала в дверь своего дома. Приняв ее за привидение, ее заставили долго стоять на холоде у двери; наконец отперли дверь, ввели ожившую в дом и согрели; после этого она выздоровела, долго жила и родила трех сыновей, которые посвятили себя служению церкви. Этот факт изображен в виде картины на ее надгробии и описан немецкими стихами.
_________
¹ Cels., Lib. II, c. 6.
² Le P. le Clerc, Ci-devant Principal du College de Louis le Grand.
³ Mission. Voyage d’Italie, T. I, lettre 5; Goulard, des Hist.admirables et memorables, imprimé a Geneve en 1678.

—стр. 280—
Во время жестокой моровой язвы в Дижоне, в 1558 г., одну женщину, по прозванию Лентилье, сочли умершею от язвы и бросили в большую яму, в которой погребены были и другие умершие. В следующий после погребения день. Лентилье (Lentillet) ожила и сделала несколько попыток выйти из ямы, но труды были напрасны, ее слабость и тяжесть других тел, взваленных на нее, препятствовали ей достигнуть желаемого. Так пролежала она четыре дня на этой страшной постели. Наконец гробокопатели вытащили ее из ямы и возвратили в дом, где она совершенно выздоровела.

Девушка из Аугсбурга так ослабла, что ее сочли умершею¹ и похоронили в глубоком подвале, вход в который был заложен кирпичом. По истечении нескольких лет, когда один из родственников этой девушки умер, открыли пещеру и у входа в нее увидели лежащее тело девушки, весьма крепкое и неповрежденное, только без пальцев на правой руке, изгрызенных в отчаянии.

15 июля 1688 года в Меце скончался парикмахер от удара, последовавшего к вечеру; 18-го того же месяца послышался крик умершего; 19-го повторился крик несколько раз; вследствие этого открыли гроб, и врачи и хирурги исследовали труп. Врачи объяснили, что за два часа до этого умерший был еще жив. Этот факт заимствован из манускрипта современника, Мецкого гражданина².

Теперь мы приведем примеры утопших, казавшихся совершенно мертвыми, но потом оживших.

Пеклин рассказывает факт, случившийся в Тронингальме (Trouinghalm) в Швеции, с садовником, который жил еще во времена Пеклина и, как последний писал, имел от роду 56 лет. Этот садовник, стоя на льду, хотел оказать помощь упавшему в воду, но лед проломился под ним, и он стремглав полетел под лед и увяз в грязи ногами на два аршина под водою. В таком положении он пробыл в воде 16 часов и лишился чувств, только звон колоколов в Стокгольме и вода, проникавшая в его тело не только через рот, но и через уши, напоминали ему о жизни. По истечении 16 часов его наконец нашли и вытащили киркой из воды, завернули в сукно, положили при огне и натирали до тех пор, пока он не ожил. Король и королева приезжали посмотреть на него, говорили с ним и назначили ему годовое жалованье.

В этой же стране женщина, пробыв три дня в воде, точно таким же образом, как и садовник, была спасена от смерти. Утонувший 17-летний юноша вытащен из воды по истечении семи недель, согрет и возвращен к жизни.

Г. д’Егли (d’Egly), член королевской академии надписей и изящных наук в Париже, говорит, что Швейцарец, искусный водолаз, отправился на рыбную ловлю и утонул в реке, где и пробыл около девяти часов. Наконец его вытащили из воды киркой, которой ра-
____________
¹ Graffe, Epitre à Guill. Fabri, Centur, 2 Observ. Chirurg., observ. 96.
² Guill. Derham, Extrait. Peclin., c. X de aere & alim.

—стр. 281—
нили его неосторожно в нескольких местах. Г. д’Егли, заметив, что из уст утопшего льется теплая еще вода, сказал, что водолаз еще жив. Около трех четвертей часа лилась из него вода. Когда истечение воды кончилось, мнимо умершего покрыли теплым холстом, положили в постель, пустили кровь и таким образом спасли от смерти.

И много есть других рассказов об утопленниках, и долгое время лежавших в воде, но потом оживших и совершенно выздоровевших. Во второй части упомянутого уже сочинения д-ра Бругера, автор упоминается о лицах, из которых одни пробыли в воде 48 часов, другие три дня, а некоторые восемь дней. Здесь же он говорит о водяных насекомых, которые в течение всей зимы находятся в воде и в иле, не обнаруживая ни малейших признаков жизни; то же говорит он о лягушках и жабах. Муравьи подвергаются на зиму смертельному состоянию, которое кончается с началом весны. Ласточки северных стран на зиму часто скрываются в озерах, прудах, реках, морях, в песке и дуплах деревьев и стенах, тогда как другие ласточки летают над морем, тобы отыскать более теплый климат.

То же случалось с ласточками в Богемии, Польше и Силезии, где также часто ловили и мертвых фазанов, которых было очень много около Женевы и Меца в 1467 г.

Здесь также можно упомянуть о перепелах и дятлах; воробьи и кукушки, во время зимы в древесных дуплах окоченелые и безжизненные, к весне согреваются и начинают летать. Известно, что еж, сурок, сонная белка и змея в течение зимы лежат бездыханно под землею; самое обращение крови у них слишком слабо. Говорят также, что медведь почти всю зиму спит.

Опытные врачи утверждают¹, что женщина в родах может пролежать бездыханною 30 дней, несмотря на то, что в ней еще таится искра жизни. Я знал одну почтенную даму, которая в продолжение 36 часов не обнаруживала никаких признаков жизни. Все показывало, что она умерла, и ее хотели погребать; только муж не согласился. Через 36 часов она пробудилась и долго еще жила. После она рассказывала, что слышала все, что говорили о ней; знала даже, что ее хотели погребать; но так была слаба, что не могла ничего сказать и беспрекословно подчинялась тому, что с ней делали.

Корнелий (Corneille) ле Брюн (le Bruyn) в своих путевых записках говорит², что в Дамиетте, в Египте, он видел турка, называемого «мертвым ребенком», потому что его мать, будучи беременна им, так сильно ослабела, что ее сочли мертвой и, по тамошнему обычаю, по которому покойников погребают сейчас же после их смерти, весьма скоро ее положили в пещере — фамильной гробнице турка.

Вечером, спустя несколько часов после погребения жены, муж ее припомнил, что жена его умерла беременною и что дитя может
____________
¹ Le Clerc, Hist. de la Médecine.
² Corneille le Bruyn, T. I, p. 579.

—стр. 282—
быть еще живо, и открыл гроб, где он увидел мертвую жену и живого ребенка, которым умершая разрешилась. Некоторые сказывали, будто слышали даже крик ребенка, что побудило отца раскопать могилу. Этот «мертвый ребенок» жил еще в 1677 г. Ле Брюн думает, что мать уже мертвая родила ребенка. Но, будучи мертвой, она не могла разрешиться от бремени. Нужно только припомнить, что в Египте жены, по свидетельству древних и новых, весьма легко рождают, а эта женщина, будучи положена в пещере, не была засыпана землею.

В Страсбурге мнимо умершая беременная женщина была положена в подвале. Спустя несколько времени, открыв гроб, чтобы положить другой труп, увидели, что беременная лежала на земле подле гроба и держала в руках рожденного ею молодого ребенка, ручки которого были во рту матери, которая, как видно, хотела изгрызть их.

В Испании жена Франца Ареваля Суассе (Suasse)¹, впавшая в смертельный обморок в последние дни своей беременности, была предана земле под церковью; подозревая жизнь в умершей жене, муж просил раскопать могилу и, едва открыли могилу, как раздался крик ребенка, который старался вырваться из материнских недр; он был извлечен оттуда и долго жил под именем дитяти земли. Впоследствии он был Статпальтером провинции Хереса, на границе Испании.

Можно привести было бы бесчисленное множество примеров заживо погребенных или оживших в то время, как их хотели погребать, или оживших во гробе и случайно высвободившихся из него.

В этом отношении можно рекомендовать сочинение Винслу и Бругера, а также других писателей, специалистов по этому предмету². Эти врачи из всех фактов вывели весьма умное заключение: «Нужно погребать умерших в таком только случае, когда об их смерти мы имеем самые основательные доказательства. Это особенно нужно соблюдать во время эпидемий и таких болезней, которые внезапно отнимают у человека движения и чувства».

Из приведенных примеров можно также заключить, что вампиры в Венгрии, Моравии, Польше и других местах не действительно умершие; они жили во гробах, но без движения и чувств; их свежая и красная кровь, мягкость членов, крик, издаваемый ими в то время, когда пробивали им голову или сердце, все это доказывает, что они были еще живы.

Впрочем, не в этом главная трудность, занимающая нас, а в том, каким образом вампиры подымаются из гробов своих и как возвращаются назад незаметно для других, как разрывают землю и открывают свои гроба, каким образом являются в своих платьях, как видят, ходят и едят? Почему они возвращаются в свои гроба? Если
____________
¹ Saspard Beies, Campus Elysius jucund.
² Pag. 167 des additions de Bruhier.

—стр. 283—
возвращаются в свои могилы, то как засыпают их землею так искусно, что нельзя потом заметить и признаков их выхода из гробов? Почему вампиры не остаются с живыми? Почему они сосут кровь у своих родственников? Зачем мучают и беспокоят дорогих сердцу их лиц, тем более, что эти лица ничем не оскорбили их? Не есть ли это только фантазия тех, которые беспокоились о своих родственниках умерших? Почему они опять не являются и никого не беспокоят более, когда их сожгут? Успокаивается ли воображение живых суеверов после этих экзекуций? Как объяснить, что эти сцены так часто повторялись в Венгрии, Моравии и других странах, что это суеверие не ослаблялось, а с каждым днем увеличивалось и усиливалось, как доказано?

—стр. 284— 
ГЛАВА XII
Мертвые, хрюкавшие в гробах как свиньи и грызшие свое тело

В Германии весьма распространено было мнение, что некоторые мертвецы хрюкают в гробах, как свиньи, и едят все, что им попадает в рот.

Немецкий писатель Михаэль Рофф (Rauff) написал¹ сочинение под названием «De Masticatione mortuorum in tumulis». Принимая как несомненно верный тот факт, что некоторые мертвецы в гробах едят холст и все прочее, и даже собственное тело, он замечает², что в некоторых местах Германии мертвецам в гробах кладут в рот медную монетку и камень или земляные глыбы под бороду, а также завязывают рот, чтобы воспрепятствовать хрюканью. Автор ссылается на многих Немецких писателей, упоминавших об этом смешном обычае, а также указывает на таких, которые говорили об умерших, которые, будто, ели свое тело во гробах. Это сочинение появилось в Лейпциге в 1728 г. Автор этого сочинения упоминает о Филиппе Рерие (Rehrius), который будто написал в 1679 г. сочинение под тем же заглавием: «De Masticatione mortuorum».

Он мог бы привесть здесь еще рассказ о заживо погребенном графе Генрихе Сальме³. В следующую после погребения ночь в монастырской церкви, в которой граф был погребен, послышался громкий крик и, когда открыли гроб, то нашли графа лежащим ниц лицом во гробе.

За несколько лет до этого в Барледуке (Bar-le-Duc) погребенный, ожив во гробе, начал просить о помощи и, когда на другой день открыли могилу, то просивший помощи оказался мертвым, но изгрызенная им рука доказывала, что он умер во гробе. Этот факт рассказан очевидцами. Погребенный был, как говорится, только мертвецки пьян, но не действительно умерший. Рофф упоминает об одной женщине в Богемии4, съевшей половину своего покрывала во гробе в 1345 г. Во время Лютера заживо погребенная и заживо погребенный съели свои кишки.

Все же рассказы о том, что мертвые, как свиньи, хрюкают во гробах и едят, не более как пустые басни, основанные на нелепых предрассудках и суевериях.
____________
¹ Mich. Rauff, Altera Dissert., Art. LVII, p, 98, 99 et Art. LIX, p. 100.
² De nummis in ore defunctorum repertis, Art. IX à Beyermuller, &c.
³ Richer, Senon., Tom III. Spicileg. Dacherii, p. 392.
4 Rauff, Art. XLII, p. 43.

—стр. 285—
ГЛАВА XIII
Вампир в Венгрии

Рофф приводит замечательнейший пример¹ о Петре Плогойовице (Plogojowitz), жителе Венгерской деревни Кизаловы. Петр в течение 14 дней после погребения являлся во сне некоторым жителям деревни и так сильно душил их, что они от этого скончались в 24 часа. В продолжение 8 дней он отнял жизнь у 9-ти человек.

Вдова Плогойовица рассказывала, будто к ней явился умерший муж и требовал своей обуви, и этим так напугал ее, что она решилась оставить Кизалов.

Эти обстоятельства побудили жителей Кизалова вырыть и сжечь труп Петра, чтобы избавиться от мучений. Прежде, однако ж, они обратились с просьбой о разрешении вырыть труп Петра Плогойовица к Королевскому Штаттгальтеру в Градише, что в Венгрии, и к приходскому священнику. Но как тот, так и другой отказали просителям; последние объяснили отказ по-своему: «Если, рассуждали они, нам не позволяют вырыть труп этого человека, то, значит, он вампир, и нам приходится оставить деревню».

Видя, что жителей не могут остановить ни увещания, ни угрозы, Штаттгальтер сам явился из Градиша и вместе с священником присутствовал при выкапывании трупа. Когда открыли гроб, то тело оказалось цело и неповрежденно, только оконечность носа несколько высохла, от тела вовсе не было дурного запаха, и умерший скорее походил на спящего, чем на мертвеца; борода и волосы выросли; вместо отпавших ногтей выросли новые, под мертвою, бледною кожей явилась другая, свежая, как у живого, руки и ноги были совершенно здоровы. На устах заметна была свежая кровь, которую этот вампир, по суеверному убеждению народа, сосал у умерщвленных им.

Штаттгальтер и священник строго исследовали дело, и когда присутствовавший при этом народ страшно волновался и доказывал, что Петр был виновником смерти их соседей, не осмелились отказать желанию народа пробить грудь мертвеца колом; из раны полилась свежая, чистая кровь, а также изо рта и носа. Крестьяне бросили труп на костер и превратили в золу.

Рофф², у которого мы заимствуем эти рассказы, цитирует многих писателей, изучавших этот предмет, и приводит рассказы об умерших, которые будто ели во гробах. Особенно он цитирует Гавриила Рзакзинокки (Rsacsinocki).
______________
¹ Rauff, Art. XII, p. 15.
² Rauff, Art. XI, p. 14.

—стр. 286—
Все писавшие об этом объясняли эти явления различно. Одни считали их чудом; другие смотрели на них, как на произведения фантазии и суеверия; третьи признавали их за простые и естественные явления на том основании, что вампиры не были мертвые и естественным образом влияли на другие тела. Четвертые считали все это действием диавола. Из числа последних некоторые утверждали¹, что не мертвые едят свое тело или платье, а змеи, ужи, кроты, рыси и другие кровожадные и прожорливые животные, а также известные у язычников Стрижи², т. е. птицы, которые едят животных и людей и сосут у них кровь. Некоторые, наконец, думали, что это бывает главным образом с женщинами, особенно во время моровой язвы. Между тем вампиры — обоего пола и преимущественно мужского. Умершие от моровой язвы, яда, бешенства и эпидемических болезней, удобнее оживают, вероятно потому, что их кровь труднее сгущается и потому, что часто только обмерших в эпидемии скоро погребают, чтобы не заразиться от них, если их не скоро погребать.

Говорят еще, что вампиры известны только в некоторых странах, как-то: в Венгрии, Моравии, Силезии, где эти болезни более обыкновенны, и люди, питаясь дурною пищею, под влиянием климата и пищи, суеверного воображения и страха предрасполагают себя к этому и подвергаются еще более опасным болезням; ибо страх и воображение, как доказывает ежедневный опыт, производят опасные болезни и могут усиливать их.
_______________
¹ Rudig., Physio. Dur. Lib. I, c. 4; Theophrast Paracels.; Georg Agricola, De Anim. Subterran., p. 76.
² Ovid., Lib. VI. Vide Delrio, Disquisit. Magic., Lib. I, p. 6 et Lib.III, p. 355.

—стр. 287—
ГЛАВА XIV
Действительно ли вампиры мертвые?

Некоторые считают рассказы о вампирах делом фантазии, обольщения или болезни, известной еще со времен древних греков под названием φρενιτις, или сумасшествие (Tobsucht) и при помощи ее хотят все явления вампиризма объяснить. Но они не объясняют, каким образом эта болезнь мозга может производить те реальные действия, какие рассказываются? Каким образом люди могут вдруг поверить, что они видели то, чего никогда не было, и в короткое время умирают от болезни собственного воображения, которое открывает им, что такой-то вампир невредим, полнокровен и живет после смерти во гробе? Как объяснить, что в целом народе не найдется ни одного человека со здравым рассудком, который бы возвысился над ослеплением?

Если эти мыслители нисколько не хотят верить рассказам о явлениях и поведении вампиров, то они напрасно писали целые системы для объяснения того, что существует только в фантазии некоторых, зараженных предрассудками; если же все или, по крайней мере, часть из рассказываемого признать верным, в таком случае эти системы не успокоят умов, которые требуют более основательных доказательств.

Мы исследуем вопрос о том, основательна ли на самом деле система, предполагающая, что вампиры не действительно мертвые. Смерть есть отделение души от тела; душа бессмертна, а тело, по отделении от души, некоторое время остается нетленным, потом мало-помалу, через несколько дней или в течение долгого времени, истлевает. Иногда оно остается нетленным в течение целых столетий, или вследствие крепкого телосложения, как напр. у Александра Великого, остававшегося нетленным в течение многих лет¹, или вследствие бальзамирования, или от свойства почвы, где погребено тело, которая, вследствие своей сухости и плотности, не пропускает никакой жидкости и таким образом удаляет главную причину тления. Всех этих причин нетленности нет нужды доказывать, они достаточно известны каждому.

Иногда тело, не мертвое и не бездушное, представляется мертвым и бездыханным или, по крайней мере, совершает такие медленные движения и так слабо дышит, что ни движений, ни дыхания нельзя заметить, как это бывает при истощении и бессилии в известных, свойственных женскому полу, болезнях и экстазе.
____________
¹ Плутарх, в Жизни Александра.

—стр. 288—
Такого рода примеров можно привести очень много. Плиний упоминает1 о многих оживших. Напр. он упоминает о юноше, который спал непробудно в течение 40 лет. Философ Епименид спал в пещере, по мнению одних, 40 или 47, а по мнению других — 57 лет. Как бы то ни было, но душа этого философа свободно могла оставить тело и потом опять возвратиться в него. То же говорят и об Аристее с острова Марморы, что в Мраморном море. Мы охотно соглашаемся, что все это — басни, но не можем отвергать того, что некоторые оживали после мнимой смерти через 5, 6, 7, 4 дня. Плиний упоминает о многих умерших, которые оживали после погребения, только он хотел об этом рассуждать, потому что, как он сам замечает, он повествует о естественных явлениях, а не о чудесах.

Плутарх говорит, что Теспезий, упав с кровли, лишился жизни, но на третий день по непонятной причине ожил.

Августин упоминает об одном Каламском священнике, Преституте, который до того поражен был рыданием плачущих2, что впал в исступление; он ничего не чувствовал и не дышал, тело его жгли и кололи, но оно было бесчувственно, его душа была так занята рыданием, что ничего более не воспринимала3.

Мужчины и женщины, впадавшие в экстаз, оставались иногда продолжительное время без пищи, дыхания и сердцебиения, как мертвые. Знаменитый аскет Таулер утверждает, что экстатическое состояние может продолжаться непрерывно неделю, месяц и даже год. Одна аббатиса в экстазе (Verzückung) лишилась естественных функций и в этом состоянии оставалась 30 дней кряду без пищи и чувств. В изнеможении, в бессилии душа не обнаруживает своей деятельности, хотя и остается в теле и живит его4.
__________
1 Plin., Hist. natur., VII, 52.
2 Plutarch., De sera numinis vindicta.
3 August., Lib. XIV De Civitate Dei, cap. 24.
4 Калмет хочет доказать здесь, что рассказы о вампирах не произведения одной фантазии, а имеют реальное основание в том, что часто мнимо умерших считают действительно умершими и потом вампирами.

—стр. 289—
ГЛАВА XV
Экстатическое (Verzückung) и оцепенелое состояние людей и животных¹

Многие женщины по нескольку дней находились в истерическом состоянии и при этом лишались чувств и языка, сердцебиение прекращалось. Гален упоминает об одной женщине, которая шесть дней находилась в подобном состоянии². Некоторые в истерике оставались по 10 дней без движения и чувств, без дыхания и без всякой пищи.

Некоторые, словно мертвые, не обнаруживали признаков жизни, тогда как все слышали и понимали, что говорили другие, — и употребляли все усилия заговорить и доказать, что они живы, но, не-
______________
¹ Калмет в этой главе говорит об экстатическом состоянии, сведения о котором в его время - что очень естественно - были поверхностны в общих чертах. Из этих экстатических состояний он обращает особенное внимание только на оцепенелость и нечувствительность экстатических индивидуумов ко всему, что кругом их совершается. После этого неудивительно, что он к категории этих явлений относит и прекращение жизнедеятельности у многих животных в определенные природой времена года. Мы не станем распространяться здесь о сущности экстаза и его различных формах; свойства его известны уже читателям из примечания к главе, где говорили мы об экстазе и смертельном обмороке. Автор упомянутого нами сочинения, Wahrheiten im Volksaberglauben, nebst Untersuchungen über das Wesen der Mesmerismus - доктор Герберт Майо, со взглядом которого мы, впрочем, не согласны, представляет для объяснения экстаза такое основание: «Каждая духовная сила, говорит он на стр. 87-й, имеет свое определенное место и седалище в нашем организме. Новейшим физиологам удалось определить, с какими особенными частями нервной системы каждый духовный аффект соединен функциально... Каждая духовная сила имеет свой особенный орган, или свою собственную лабораторию в нервной системе». На стр. 95-й, на вопрос, что такое экстаз? - он замечает: «Предварительно мы заметим, что основание экстаза состоит в обнаружении ненормального отношения духа и нервной системы. Во всех почти его формах видно, что некоторые духовные функции не имеют более своего седалища в свойственных им определенных органах. От часто повторяющихся перемен этого рода прекращается деятельность органов ощущений. Естественным и самым обыкновенным следствием этого бывает совершенное притупление слуха и зрения. Если же пациент в экстазе бодрствует, то в награду за потерю эти чувства выражают свою деятельность в других органах или обнаруживают какой-нибудь неясный образ (modus) общего восприятия». Стр. 88, V: Приняв за несомненное, что дух есть принцип отличный и отдельный от материи, мы легко поймем, что человеческая душа может стать к телу в новое, необыкновенное, ненормальное отношение Из различных форм экстатического сна особенно отличаются, с одной стороны, смертельный экстаз, продолжительный экстаз и простой или начальный экстаз, с другой стороны из различных форм экстатического бодрствования особенно выдаются полубодрственный экстаз, или сомнамбулизм, и бодрственный экстаз. Письма V, VII и VIII из сочинения доктора Герберта Майо; а также книга: «Die Tyroler ekstatischen Jjungfrauen. Leitsterne in die dunklen Gebiete der Mystik», 2Bde, Regensburg 1843, Verlag Georg Josef Mang. Примеч. Немецк. переводч.
² Cf. Traite de l’incertitude des signes de la mort. Т. II, p. 404, 407.

—стр. 290—
смотря на это, они не могли ни говорить, ни обнаруживать каких бы то ни было признаков жизни1.

Иероним Кардан говорит2, что он произвольно впадал в исступление; он не помнит, как сам говорит, чувствовал ли он в этом состоянии тяжелую тоску или нет, но не чувствовал, как он уверяет, ни ядовитых ран, ни того, как таскали его. «Я слышу, говорит Кардан, разговор подле себя, но нисколько не понимаю его. И если я хочу впасть в исступление, то я чувствую около сердца отделение души от тела, совершающееся через голову главным образом и мозг, как через дверцу; после этого я лишаюсь чувств и замечаю только, что я вне себя».

Эти экстатические состояния могут стоять в связи с рассказами о Лапландцах3, которые представлены нами в исследовании «О явлении отшедших душ», в главе тринадцатой.

Заметим здесь, что змеи, мухи, сонливая белка и другие в течение всей зимы словно мертвые. Жабы, змеи и устрицы могут жить заключенные в каменных кусках в течение многих лет и даже столетий. Кардинал де Рец в своих мемуарах замечает4, что во время пребывания его на острове Минорке правитель острова дозволил вытащить скалу из моря, в которой (когда ее разбили) найдены живые устрицы, оказавшиеся весьма вкусными.

На берегах Сицилии, Мальты, Сардинии, Италии и др. находятся улитки, называемых каменными финиками, потому что они по виду похожи на пальмовые финики. Проникая внутрь камня через иголочные отверстия и добывая внутри камня пищу, улитки вырастают так, что не могут потом выйти оттуда, если не разбить скалы и не освободить их. Вынув из камня, этих улиток моют, их очищают и солят. Имея вид пальмового финика или пальца, эти улитки называются то финиками, то дактилями.

Некоторые лица могут, вовсе не дыша, оставаться долгое время в воде.

Многие люди умирают от сгущения крови, которая коченеет и твердеет в жилах у людей, поевших болиголова (schierlingskraut) и уязвленных змеей. Некоторых настигает смерть при сильном волнении крови, которое иногда случается от горячек, яда, моровых болезней, а также у людей, насильственно умерших или задохшихся в воде.

Умершим от болезней первого рода можно возвратить жизнь только чудесным образом, потому что для возвращения жизни умершим необходимо кровь сделать жидкою и восстановить перистальтное (чревообразное) движение сердца. Умерших от болезней второго рода можно иногда возвращать к жизни и без чуда, стоит только для
_____________
1 Incertitude des signes de la mort. Т.. II, p. 504, 505, 506, 514, 515.
2 Hieron. Cardanus, Lib. VIII De Variet. rerum, c. 34.
3 Olaus Mag., Lib. III, Epit. Hist. Septent; Perecer, De Variis divinat. gener., p. 282.
4 Memoires du Cardinal de Retz, T. III, L. IV, p. 297.

—стр. 291—
этого удалить препятствия, остановившие движение сердца, подобно тому, как и маятник можно привести в движение опять, если удалить чуждое тело, — волос или атом, — которое препятствовало его движению.

—стр. 292—
ГЛАВА ХVI
Приложение приведенных примеров к вампирам

Если приведенные факты неоспоримы, то нельзя ли допустить, что вампиры, умершие от горячки в Венгрии, Силезии и Моравии, продолжали жизнь во гробах подобно животным, о которых мы говорили, и птицам, которые прячутся в озерах и болотах Польши и в северных странах во время зимы, в течение которой они бездыханны, бесчувственны и безжизненны? Жизнь, движение и деятельность возвращаются к ним при наступлении весны, когда солнце нагревает воду, или если приблизить их к умеренному теплу. Они оживают и принимаются за прежнюю деятельность, приостановленную на время холодом.

Точно так же и вампиры возвращаются к жизни в своих гробах по истечении некоторого времени, но душа покидает их совершенно уже после разрушения тела. Если органы тела истлеют и разрушатся, то их нельзя уже возвратить к жизни; поэтому-то, чтобы отнять у души всякую возможность снова оживить тело и при посредстве его беспокоить живых, народы упомянутых стран прокалывают вампирам сердце, отрезают им голову и сжигают тело.

Нет ничего удивительного в том, что у казненных и умерших от горячки растут волосы на голове, борода и ногти, что тела их мягки и гибки, и что их кровь отделяет экскременты: все это возможно в человеческом теле до тех пор, пока продолжится в нем растительная жизнь. Если верно то, что мертвые едят в гробах все, что только попадет им под руку, то необходимо допустить, что они только мнимо умершие, что они живы, что они заживо погребенные, напр. в бешенстве, — и, опомнившись, стараются высвободиться из несчастного состояния, в которое они поставлены во гробе. Но весьма трудно, да и невозможно объяснить, каким образом вампиры, или заживо погребенные, выходят из гробов своих для того, чтобы беспокоить живых, каким образом они снова возвращаются в свои гроба? — вот вопросы, которые настоятельно требуют положительного ответа; между тем, все рассказы, какие нам известны, представляют этот факт, как известный, но не объясняют ни способа, каким он совершен, ни ближайших обстоятельств его, тогда как на самом деле все это, — самая необходимая и интересная часть в рассказе, — необходимая потому, что тогда видно было бы, что истинно и что вымышлено в рассказе, интересная потому, что только в таком случае видна была бы логическая нить, последовательность и связь в рассказываемом событии.

Каким, в самом деле, образом зарытое на четыре или пять футов тело в земле, не имея возможности и места даже свободно двигаться,
—стр. 293—
будучи завернуто тщательно в холст и заключено в гробе, может выходить из гроба, не разрывая земли, и как, в самом деле, и с какой целью может производить все те действия, которые приписывают обыкновенно вампирам? Каким образом может возвратиться во гроб, в котором находят его здоровым, полным крови и свежим, часто с блестящими глазами, — словно живое? Некоторые думают, что эти тела проникают через землю, не раскапывая ее, как вода и пары, которые проходят в землю и из земли без видимого изменения ее частиц. Желательно, чтобы эти рассказы о возвращении вампиров были объяснены лучше.

Недавно очень образованный священник рассказывал, что он по пути из Жанина (Jeanin) пригласил к себе каноника Ольмюцской церкви и проводил его в деревню Либаву, в которую он был назначен комиссаром от Епископской Консистории для произведения следствия о вампире, который за несколько лет до этого беспокоил Либавян.

Начали производить следствие, потребовали показаний и повели дело обыкновенным порядком. На следствии показали, что вампир беспокоил жителей Либавы по ночам, что он выходил из гроба и являлся во многих домах. Три или четыре года тому назад кончились его шалости, когда приглашен был один знаменитый Венгерец с целью положить конец похождениям вампира. Венгерец влез на церковную башню и выжидал, когда вампир выйдет из гроба, оставив на нем свое покрывало, и отправится в деревню беспокоить жителей. Как только Венгерец заметил, что вампир вышел из гроба, он спустился с башни, схватил покрывало вампира и опять влез на башню. Возвратившись с своих похождений и не нашедши одежды, вампир закричал на Венгерца, но тот отвечал с башни, что если он желает получить обратно свое платье, то должен идти за ним на башню. Вампир поднялся на башню, но Венгерец сбросил его, ударив топором по голове, и тем покончил дело.

Ни рассказчик этой истории, ни посланный каноник ничего не видели; сведения об этом факте переданы им жителями деревни, невеждами, преданными суеверию и предрассудкам.

Если же все сказанное о вампирах — нелепые выдумки, то чем больше противоречия в этих рассказах, тем более доказательств в подтверждение нашего суждения об этом предмете.

—стр. 294—
ГЛАВА XVII
Заключение трактата

Мы показали, что утонувшие, впавшие в обморок, исступление или мнимо умершие могут быть спасены от смерти или возвращены к жизни с помощью медицинских средств или выжидающим терпением, пока природа опять возвратится в прежнее состояние, — сердце станет биться, кровь начнет свою циркуляцию в артериях и венах, и жизнь возвратится в нервы.

Заметим также, что вампиры Венгерские, Моравские, Польские, Силезские и другие, о которых наговорено столько чудес, — только обман и произведение расстроенного воображения и предрассудков. К произведениям фантазии относятся также все рассказы о возвращении вампиров в мир, о явлении их, о беспорядках, производимых ими в деревнях, о замученных ими лицах, у которых они сосали кровь и т. д. Нельзя указать ни на одного свидетеля умного, серьезного и непредубежденного, который бы мог сказать, что он действительно видел вампира, ощупывал и исследовал его, или который мог бы подтвердить действительность этих возвращений и приписываемых им действий.

Мы не отвергаем, что многие умирали из страха, обманутые своим воображением, что видят своих умерших родственников, которые приглашали их к себе в гроб. Некоторые утверждали, что вампиры стучались к ним в дверь, мучили и беспокоили их или вносили в дом смертоносные болезни; но когда их расспрашивали, они отвечали только, что видели и слышали только то, что может создать расстроенное, больное воображение. Между тем, нам нужны свидетели, такие, которые бы по зрелом обсуждении уверили, что видели, слышали и спрашивали вампиров. Далее, если бы нам представили даже доказательство действий вампиров, то и тогда мы останемся при прежнем убеждении, что этих действий, совершенных вампирами, вовсе не было.

Теперь перед нами лежит письмо от 3 февраля 1745 г. из Варшавы, писанное П. Сливицким, визитатором провинции Перки. В этом письме он сообщает, что намерен писать богословское и физическое исследование о вампирах, предварительно исследовав строго предмет, и собрал для этой цели много мемуаров. Но должность визитатора и начальника конгрегации в Варшаве не позволяет ему привести в исполнение свое намерение. Спустя несколько времени он искал эти мемуары; они остались, вероятно, в руках друзей, которые брали их для чтения. В числе этих мемуаров были два определения Сорбонны, которыми запрещалось отсекать головы вампи-
—стр. 295—
рам и издеваться над их трупами. Эти определения можно видеть, по словам Сливицкого, в указах Сорбонны за 1700-1710 г.

По замечанию Сливицкого, в Польше так убеждены были в существовании вампиров, что все отвергавшие их считались чуть ли не еретиками. В опровержение вампиров он приводит много фактов неоспоримых и много доказательств неопровержимых. «Я, говорит он, решился во что бы то ни стало дойти до самых источников, из которых выходили эти рассказы; я обращался к тем, на которых ссылались, как на очевидцев, и теперь дело дошло до того, что никто не решился утверждать, будто видел вампиров, и все начинают убеждаться в том, что все рассказы о так называемых вампирах не более как бредни и фантазии, основанные на страхе и неосновательных речах». Так писал нам (Кальмету) этот серьезный и умный священник.

Мы имеем еще одно письмо от барона Тюссена (Toissant) из Вены от 3 августа 1746 г. Барон пишет, что Е. И. Величество, будучи еще королем Тосканским, производил много процессов о фактах, совершившихся в Моравии; я не раз читал их и на деле не видел в них и тени истины, ни вероятности утверждаемого. Между тем, в этой земле смотрят эти акты, как на несомненную истину.

Мы уже представили выше возражения против того, будто вампиры выходят из гробов и возвращаются назад, не разрывая земли. Красная и жидкая кровь и гибкость членов вампиров не удивительнее ращения ногтей и волос и нетления тела; мы почти ежедневно видим трупы, не обнаруживающие никаких признаков тления и сохраняющие красный цвет кожи. Это весьма естественное явление у скоропостижных полумерших или у людей, умерших от известных болезней, не лишающих крови жидкости и членов гибкости. Ращение волос и ногтей в не истлевшем еще трупе весьма естественно: в трупе продолжается еще медленная, незаметная для наблюдения циркуляция соков, поддерживающая это ращение подобно тому, как циркуляция соков поддерживает растительность в растениях.

Убеждение Греков о возвращении бруколаков так же нелепо, как и убеждение Моравов о существовании вампиров. Только невежество, суеверие и страх вызвали в Греках эту веру, ничтожную и слепую, до сих пор поддерживаемую ее поклонниками. Рассказы о бруколаках, по словам очевидца и умного философа Турнефора, поддерживаются обольщением и обманом защитников их. Все рассказы об умерших, хрюкавших в гробах, настолько нелепы, что не заслуживают серьезного внимания и опровержения. Все и каждый согласятся, что очень часто погребают не действительно умерших; это доказывает древняя и новая история многими примерами. Тезисы Винслу и примечания к ним Бругера ясно доказывают, что других признаков истинной смерти, кроме начинающегося гниения и дурного запаха трупа, очень немного. Бесконечно многие опыты пока-
—стр. 295—
зывают, что часто мнимо умершие оживали уже после погребения их. Сколько таких болезней, в которых больной лежит без языка, движения и дыхания! А разве мало утопших, признанных умершими, которые потом оживали, когда открывали им кровь?

Все это известно и объясняет, почему некоторые вампиры, вырытые из могилы, говорили, кричали, рыдали и т. п., — потому что были еще живы. С ними поступали в высшей степени несправедливо, их умерщвляли и сжигали, отсекали им головы и пробивали сердце. И все это плод невежества и заблуждения: суеверы, принимая этих несчастных за олицетворение их фантазии, — за вампиров, боялись, что они станут беспокоить их и вредить им. Не бесчеловечно ли поступать так с этими вампирами, утверждаясь только на таком состоянии, которое возможно с каждым?

Нет ничего неосновательнее, как рассказы о явлениях и злодействах вампиров.

В заключение не можем не высказать сожаления, что умные и гуманные определения Сорбонны, запрещавшие кровавые и жестокие экзекуции над вампирами, несмотря на ее мировую власть и могущество ее авторитета, были не поняты современниками и не имели, таким образом, благодетельного влияния.


Приложения

—стр. 319—
СООБЩЕНИЕ КАМЕРАЛ-ПРОВИЗОРА ФРОМБАЛЬДА

Сообщение камерал-провизора (районного администратора при австрийской военной администрации) Фромбальда стало первым и единственным известием о событиях в деревне «Кисолова», которая обычно идентифицируется как современная деревня Кисильево в Браничевском округе на северо-востоке Сербии, в составе общины Велико-Градиште. В отчете Фромбальда впервые по отношению к конкретному, известному по имени человеку, а именно Петеру Плогойовицу (Plogojoviz) был применен термин «вампир» (Vampyr), вошедший затем во все европейские языки. Сообщение Фромбальда было впервые опубликовано 21 июля 1725 г. в венской газете Wienerisches Diarium, близкой ко двору; эта газета продолжает выходить сегодня под названием Wiener Zeitung и является одной из старейших в мире. Отчет Фромбальда был напечатан на с. 11-12 под заголовком «Копия письма из Градиского Района в Венгрии» (как обозначалась в те годы данная территория) и позднее широко перепечатывался и переводился. Одну из перепечаток (Leipziger Zeitung, 31 июля 1725 г.) Михаэль Ранфт включил в диссертацию, которую представил в сентябре того же года в Лейпцигский университет; впоследствии диссертация стала основой его книги De Masticatione mortuorum in tumulis («О жующих мертвецах в могилах», Лейпциг, 1725) и вошла в опубликованное на немецком сочинение Ранфта «Трактат о жующих и чавкающих в гробах мертвецах, который раскрывает истинную природу сих венгерских вампиров и кровососов» (Лейпциг, 1738). Перевод выполнен по первой публикации в Wienerisches Diarium.

Спустя 10 Недель после того, как в Деревне Кисолова, в Рамском Районе1, Подданный по Имени Петер Плогойовиц испустил Дух и был предан Земле по Ратскому2 Обряду, стало известно, что в указанной Деревне Кисолова за 8 Дней 9 Особ, как старые, так и молодые, также умерли после тяжкой 24-часовой Болезни, и что они, будучи живы, однако лежа на Смертном Одре, заявляли во всеуслышание, что умерший 10 Неделями ранее, помянутый Петер Плогойовиц, приходил к ним во Сне, ложился на них и давил3 таким образом, что они поневоле лишались Дыхания.

Равно и остальные Подданные были весьма обеспокоены, и укрепились еще больше в таковой [вере], поскольку Жена упокоившегося Петера Плогойовица, каковая ранее заявляла, что Муж приходил к ней и требовал свои Оппанки4 или букв. Башмаки, ушла из Деревни Кисолова в другую, и поскольку у подобных Особ (каковых именуют они Вампирами) имеются различные Знаки, как-то Тело их не тлеет, Кожа же, Волосы, Борода и Ногти растут, как можно увидеть, то Подданные единодушно постановили вскрыть могилу Петера Плогойовица и удостовериться, будут ли найдены на нем помянутые Знаки, с каковой Целью явились ко мне; и здесь с Указаниями на вышеприведенное Происшествие просили вместе с местным Попом, или же Священнослужителем, участвовать в Досмотре, на что сперва я сказал, что о таковом Факте должно быть прежде послано нижайшее и почтительнейшее Уведомление в Достопочт. Администрацию, дабы вынесено было ее высочайшее Постановление, однако же они никоим образом не желали то исполнить и вместо того дали сей краткий Ответ: Я волен поступать, как мне пожелается, однако же если не позволю им Досмотр и не предоставлю Юридическое Позволение поступить с Телом согласно их Обычаю, придется им
—стр. 320—
оставить свои Дома и Имущество; ибо до Получения всемилостивой Резолюции из Белграда, вся Деревня (что ранее происходило в Турецкие Времена) приведется к Уничтожению таковым злым Духом, и что они не желают того дожидаться. И поскольку и Добром, ни Угрозами не способен был я удержать сих Людей от вынесенной ими Резолюции, то с Привлечением Градиского Попа отправился в указанную Деревню Кисолова, где осмотрел извлеченное Тело Петра Плогойвица и с всемерно тщательной Истинностью удостоверился в том: что

Первое, ни от данного Тела, ни от Могилы ни в малейшей степени не исходил зловонный Запах, обыкновенно присущий Мертвым, и что Тело, за исключением Носа, каковой несколько отвалился, было весьма свежим, и что Волосы, Борода и также Ногти, из каковых старые упали, росли на нем, и что старая Кожа, каковая была чуть беловата, отделилась и под нею показалась новая и свежая, и что Лицо, Руки, и Ноги, и все Туловище имели такой вид, что и при Жизни не могли бы выглядеть лучше; во Рту его я не без Удивления заметил некоторое количество свежей Крови, каковую, по общему Показанию, он высосал из Убитых; в Целом же в наличии были все Признаки, что имеются (как указано выше) у подобных Людей. Покуда я разглядывал это Зрелище вместе с Попом, Чернь более ярилась, нежели тревожилась, после чего в большой Поспешности все Подданные заострили Кол, дабы поразить Мертвое Тело в Сердце, и после сего Прокола из Ушей и Рта не только вытекло много весьма свежей Крови, но и случились иные дикие Знаки5 (каковые из высокого Уважения я опускаю), и наконец все Тело, по их Обычаю, было сожжено и обращено в Прах, о чем и доношу Высокопочт. Администрации с нижайшей и покорнейшей Просьбой: ежели совершена была Ошибка, то повинен в ней не я, но Чернь, что пребывала вне себя от Страха.

Имперск. Провизор в Градиском Районе

Примечания

1. В оригинале Rahmer-District.
2. Rätzischer, т.е. «сербскому».
3. В оригинале gewürget - от Gewürge: удушье, давка, т.е. предполагаемый вампир «давил», «сдавливал» или «душил» несчастных.
4. Опанки - кожаная обувь без каблуков, иногда с плетеным верхом, распространенная у сербов, черногорцев, хорватов и т.д.
5. По мнению П. Барбера, «дикие Знаки» (wilde Zeichen) подразумевают эрекцию у трупа в результате разложения и вздутия половых органов (см. Barber Paul. Vampires, Burial and Death: Folklore and Reality. New Haven-London, 1988. C. 9).

—стр. 321—

Район деревни Кисельево (внизу слева) на австрийской карте 1769—1772 гг.
Район деревни Кисельево (внизу слева) на австрийской карте 1769—1772 гг.

—стр. 322—
РАПОРТ ДОКТОРА ГЛАЗЕРА

Осенью 1731 г. оберстлейтенант Шнеццер, глава имперской военной администрации в Ягодине, получил тревожное известие из деревни, которую австрийцы называли Metwett или Medvegya - жителей одного за другим косила неизвестная болезнь. Шнеццер направил в деревню Physicus Contumaciae Caesareae (имперского врача-эпидемиолога) Глазера, чья штаб-квартира располагалась в близлежащем городе Парачин. Глазер прибыл в деревню 12 декабря 1731 г.; о проведенном расследовании он доложил в рапорте на имя Шнеццера. Рапорт Глазера стал первым сообщением о вампирской истерии в деревне, связанной с именем некоего Арнонда Паоле - наиболее документированном случае раннего вампиризма, который фактически стал катализатором вампирской эпидемии XVIII в. Глазер также отправил копию рапорта в венский Collegium Sanitatis (в чьи задачи входила борьба с эпидемическими заболеваниями) и 18 января сообщил о происшедшем своему отцу Иоганну Фридриху Глазеру (см. ниже). Как считается, Metwett или Medvegya - современный городок Медведжа (Медвеђа) в юго-восточном Ябланичском округе Сербии. Перевод выполнен по изданию: Hamberger Klaus. Mortuus non mordet: Kommentierte Dokumente zum Vampirismus 1689-1791. Wien, 1992.

Рапорт о Селении Метветт, что на Мораве, где жаловались на Смерти, по каковой причине я, пребывая в должности Physicus Contumaciae Caesareae в Паракине, лично Дом за Домом осмотрел и исследовал Деревню 12 Декабря 1731, и не нашел в ней ни единого заразного Недуга или контагиозного Состояния, тогда как Тертана или Квартана с приступами Лихорадки1, Колотье, Одышка и прочие Симптомы проявлялись до их Ратского2 Поста. И когда принялся я спрашивать далее, на что же они сетуют, то узнал, что за 6 недель умерли 13 Особ, спрошенные же, на что те жаловались пред Кончиной, уведомили меня, что на Колотье в Боках, Одышку, и страдали от Лихорадки, и Ломоты в Конечностях, в каковом Состоянии быстро один за другим сходили в Могилу, и это способны были они мне объяснить, лишь говоря о злобных Вамбирах, или Кровососах3. На что я, со всеми нашими Офицерами, каких мог призвать на Помощь, в Присутствии начальника Крагобаза4 и капрала из Сталлады5, говорил с ними и убеждал, что не должны они держаться такого их Мнения. И ответили, чем так погибать, лучше уйдут они в другое Место; в 2, 3 Домах в ночное Время собираются вместе, одни спят, другие сторожат, и полагают, что не перестанут умирать, покуда достопочтенные Власти не издадут Постановление о Казни сих тягостных Вампиров. Также имели Жительство в Деревне две Женщины, что были некогда вампированы6, и после Смерти также стали Вампирами, и вампировали других, как сказывают. Эти умерли 7 Недель тому, и поскольку упорствовали они в отношении этих Людей, в особенности же одной старой Женщины, я распорядился вскрыть 10 могил, дабы исследовать их со всей Достоверностью, начавши со Старухи, что была, как они убеждены, Истоком всего, Именем же Милица. Вампиру 50 Лет, покоится 7 недель, 6 Лет тому пришла сюда с турецкой Стороны и поселилась в Метветте, и жившие по Соседству говорили, что она не верила в Дьявольщину и не занималась ею. При Жизни обладала тощим Сложением, однако соседям сказала, что у Турок съела двух овец, умерщвленных Вампирами, следственно, когда сама умрет, также станет
—стр. 323—
Вампиром, и на этих ее Речах вся Чернь основала свое Мнение. Эту Особу я самолично рассмотрел, и тогда как при Жизни обладала она тощим Сложением и была стара Годами, то, пролежав 7 недель в Могиле, глубоко в Почве, необходимо должна была наполовину разложиться; однако же во Рту ее обнаружена была яркая свежая Кровь, что текла изо Рта и Носа, и была она полнее, нежели при Жизни, и наполнена Кровью, что показалось мне подозрительным; и эти Люди говорили верно, ибо при Вскрытии других могил, где лежали младшие Годами, что также умерли от Болезни, но Недуга менее сильного, нежели у Старухи, я убедился, что они разложились, как подобает Мертвецам. Другая женщина, также Вампир, по Имени Станно, эта Женщина умерла при Родах, Ребенок ее появился на Свет, но тотчас помер, 20 Лет, покоится 1 Месяц, говорила Соседям, что при Жизни, когда была она среди Турок, там господствовали Вампиры, и дабы защититься, однажды намазала она себя Кровью одного Вампира и потому, сказывала, по смерти станет Вампиром. Сложена так же, как и первая, и имела Ребенка. И поскольку этот Ребенок не принял Крещения, то захоронен был не на Кладбище, а за Оградой, где проживала его Мать; Ребенка я также видел. Также были такие, что в непродолжительное Время умерли один за другим и также, согласно Мнению этих Людей, были вампированы: другие Вампиры: Миллой7, Малый 14 Лет, покоится 5 Недель; Иоахим, Малый 15 Лет, покоится 5 недель; эти скончались с разницей в День, ощутив Недомогание в их Пост, когда праздновали Именины в Деревне, и на вид такие же, как другие. Рушица, Женщина 40 Лет, покоится 15 дней, наполовину подозрительна. Петтер, Ребенок 15 дней от роду, покоится 5 недель, весьма подозрителен. Вследствие чего Меттведцы спрашивают, как младшие Годами, и быстрее умершие от Болезни, и меньше пролежавшие в Могиле, находятся в худшем Состоянии и истлевают, другие же не разлагаются, хотя эти были корпулентней, моложе и свежее тех других, и теперь полностью разложились. Каковое Рассуждение не лишено оснований; и еще одна, Милосова, Жена Гайдука, было ей 30 Лет, покоится 3 Недели, и за это Время порядком разложилась, как и должно быть; также другие: Ради, Малый 24 Лет, покоится 3 Недели. Вутшица, Юница 9 Лет, покоится 1 Месяц.

Соответственно нижайше прошу достопочтенные Власти вынести Заключение о Казни сих Злодеев, дабы умиротворить сих Подданных, поскольку Деревня довольно велика; и сверх того ввиду изложенного я также нахожу это необходимым.

Примечания

1. Tertian-, und Quartanfieber. Речь идет о трех- или четыредневной малярии; для болезни, распространенной в свое время на Балканах, характерны приступы, повторяющиеся на каждый третий или четвертый день.
2. Räzischen, т.е. «сербского».
3. В оригинале в этом месте - «Vambyres, oder Bluthseiger»; далее везде Vampyres, Vampyr.
—стр. 324—
4. Kragobaz - возможно, Крагуевац в регионе Шумадия или близлежащий город Крушевац в современном Расинском округе Сербии.
5. Сталлада (Stallada) - вероятно, деревня Сталач близ Чичеваца в современном Расинском округе Сербии.
6. В оригинале vervampyret - букв. «вампированы» (неологизм Глазера), обращены в вампиров или подверглись нападению последних.
7. Milloi.

Ягодинский район Сербии на карте 1738 г.
Ягодинский район Сербии на карте 1738 г.

—стр. 325—
ПИСЬМО ИОГАННА ФРИДРИХА ГЛАЗЕРА

Получив письмо от сына, врача-эпидемиолога, рассказывавшего о событиях в Медведже, венский медик Иоганн Фридрих Глазер счел, что научное сообщество должно быть осведомлено о появлении вампиров. Об этом факте он сообщил одному из редакторов нюрнбергского журнала Commercium litterarium ad rei medicae et scientiae naturalis incrementum institutum (1731-1745), первого медицинского журнала в Германии. Письмо Глазера-старшего к Иоганну Кристофу Гётцу (Götz, 1688-1733) было опубликовано в журнале на латинском языке в марте 1732 г.; вскоре вампиров уже обсуждали в стенах академии, во дворцах и в бюргерских гостиных. Commercium litterarium продолжал публиковать материалы о вампирах на протяжении всего года, что наряду с трактатами и памфлетами создало неповторимую атмосферу так называемых «лейпцигских вампирских дебатов». Известный вампиролог Нильс К. Петерсен называет письмо Глазера-старшего «памятником культурной истории» - ведь именно в нем вампир обретает некоторые черты, знакомые нам по многим романам и фильмам. Перевод выполнен по изданию: Hamberger Klaus. Mortuus non mordet: Kommentierte Dokumente zum Vampirismus 1689-1791. Wien, 1992.

Мой сын, который в качестве имперского Врача (physicus imperialis) находится в Паракине1, что в турецких Областях Сербии, в 20 Милях от Белграда, написал мне 18 Января о том, что в этом Регионе, и в особенности в Деревне Медвегие неподалеку от Барачина2, уже некоторое Время свирепствует магическая Эпидемия. Обычным порядком похороненные Мертвецы встают из непотревоженных могил и умерщвляют Живых. Те в свою очередь, умершие и похороненные, также встают и вновь убивают других. Происходит это следующим Образом: ночью Мертвые хватают Спящих и высасывают их Кровь, и на третий День все они умирают. От этого Недуга никто еще не нашел Лекарства. И за краткое Время столь многие распрощались с Жизнью, что местные Власти приказали устроить тщательное Разбирательство. Моему Сыну, в качестве Врача и Естествоиспытателя (medicus et physicus), велено было отправиться в числе прочих. Собранные же местный Судья/Сельский Исполнитель и Присяжные (judices/praetores et iuratos) объявили, будучи спрошенными, что согласно различным Свидетельствам, Вещи эти происходят в действительности; но каким Образом, они не знают. Однако же можно заметить, что Люди страшатся, пугаются, боятся, измучены тяжкими Снами, жалуются и т.д. Когда вследствие этого было устроено Посещение Кладбища и Делегаты вскрыли Могилы, то нашли приблизительно десять Особ в Гробах, словно бы при Жизни, совершенно неразложившихся, но Гробы их, Платье и Саваны были покрыты свежей Кровью, каковая текла из Носа, Рта, Глаз и Гениталий, и с заново отросшими Ногтями на Пальцах Рук и Ног. У всех этих Вампиров3, как их там именуют, отделили Головы, Тела же сожгли и Пепел их бросили в Реку Мораву. Мой Сын имел Возможность до того их анатомировать и нашел Внутренности здоровыми и невредимыми, только Желудок и Диафрагма были полны Крови. Об этом он спешно мне написал и обещал, после обстоятельного Доклада нашему Правительству и Elegium Sanitatis4, написать мне снова.

—стр. 326—

Письмо Иоганна Глазера

Примечания

1. Парачин (в тексте - Parakin).
2. В оригинале - Barachin.
3. Vampyren.
4. Коллегия здравоохранения (лат.).

—стр. 327—
VISUM ET REPERTUM

Рапорт доктора Глазера вызвал некоторый переполох в белградской ставке; было решено направить новую комиссию в Медведжу для изучения вопроса о вампирах. Возглавлял ее военный хирург Иоганн Флюкингер; в комиссию вошли офицеры Линдельфельс и Бюттенер и военные медики Зигель и Баумгартен. Комиссия прибыла в деревню 7 января 1732 г. По завершении работы был составлен протокол под названием Visum et repertum («При осмотре установлено») - самый знаменитый исторический документ, связанный с вампирами. По окончании следствия протокол был направлен в венский Гофкригсрат (придворный военный совет); военные власти в Сербии рекомендовали представить участников комиссии к наградам, что было одобрено лишь в ноябре. Как можно предположить, герцог Вюртембергский Карл Александр (1684-1737), управлявший Сербским королевством с 1720 г., довел Visum et repertum до сведения прусского короля Фридриха Вильгельма I во время визита в Берлин в начале года. Фридрих Вильгельм, в свою очередь, поручил Королевской академии наук вынести заключение касательно протокола. Обсуждение началось 7 марта, а 11 марта академия постановила, что описанные в протоколе явления могли быть объяснены естественными причинами. Сенсационный документ, однако, не замедлил разойтись по Европе в газетных и журнальных публикациях, издавался в виде памфлетов и перепечатывался в книгах, став на долгие годы одним из основных источников вампирской эпидемии. Перевод выполнен по изданию Curieuse und sehr wunderbare Relation, von denen sich neuer Dingen in Servien erzeigenden Blut-Saugern oder Vampyrs («Курьезная и весьма чудесная Реляция о новых Происшествиях в Сербии, связанных с Кровососами или Вампирами», 1732) с учетом ряда других источников.

Visum et Repertum

Поскольку получено было Известие, что в Деревне Медвегия1 в Сербии, на Турецкой Границе, так называемые Вампиры убили нескольких Особ путем Высасывания из них Крови: я получил высочайшее Приказание нашего достопочтенного Верховного Командования провести подробнейшее Расследование, и с командированными Господами Офицерами и 2 Унтер-Фельдшерами отправился в то Место, где провел настоящее Дознание в сопровождении Капитана Отряда Сталатских2 Гайдуков Горшица3, Гаднака4, Байактара5 и старейших Гайдуков сей Деревни, каковые в кратком Изложении показали следующее:

Таковые единодушно твердят, что около 5 Лет тому местный Гайдук, по имени Арнонд Паоле, в Падении с Сенного Воза сломал себе Шею. Однако же при Жизни часто он извещал, что когда был он в Госсова6, в Турецкой Сербии, его мучил один Вампир, вследствие чего съел он Землю с Могилы Вампира и намазал себя Кровью последнего, дабы освободиться от Терзаний, каковые претерпевал. Спустя 20 или 30 Дней после Смертельного его Падения, некоторые Люди принялись жаловаться, что донимает их указанный Арнонд Паоле, и действительно убил он 4 Особ. Дабы покончить с этой Бедой, они по Совету своего Гаднака (каковой ранее видывал подобные Происшествия) указанного Арнонда Паоле по прошествии 40 Дней с его Смерти выкопали, и обнаружили, что он вполне цел и не разло-
—стр. 328—
жился, в то время как свежая Кровь течет из его Глаз, Носа, Рта и Ушей, что Рубаха, Саван и Гроб были все окровавлены, и что старые Ногти на Руках и Ногах, а также Кожа, отделились и под ними выросли новые. И поскольку они увидели, что он истинный Вампир, они согласно своему Обычаю пронзили его Сердце Колом, после чего он издал слышимый Стон и началось обильное Кровоточение. Засим Тело в тот же День сожгли и Пепел бросили в Могилу.

Эти Люди еще говорят, что все, кого мучили и умертвили Вампиры, сами должны стать Вампирами, и потому они казнили еще 4 Особ таким же Манером. Далее добавляют они, что указанный Арнонд Паоле нападал не только на Людей, но и на Скотину, и высасывал кровь из Животных, Люди же поедали их Мясо. И следственно, здесь и теперь еще имеются Вампиры. Всего же за Время трех Месяцев 17 молодых и старых Особ отошли в Мир иной, и некоторые, не испытывая ранее никакой Болезни, умирали за 2 или самое большее 3 Дня. И вдобавок извещает Гайдук Йовица, что его Падчерица Станьочка7 15 Дней тому легла спать, будучи свежа и здорова, однако в Полночь пробудилась от Сна с ужасным Криком, в Страхе и Дрожи, и пожаловалась, что ее изводит умерший 9 Недель тому Сын Гайдука, Именем Миллое8, каковой душит ее за Шею, после чего испытала она сильную Боль в Груди, и Час от Часу становилось ей хуже, покуда наконец на 3 День не скончалась.

Затем после того же Полудня отправились мы на Кладбище, сопровождаемые указанными старейшими Гайдуками деревни, дабы посетить Могилы и осмотреть подозрительные Тела, и по Рассечении было обнаружено:

1. Женщина, Именем Стана, 20 Лет, 2 месяца тому умерла после 3-Дневной Болезни при Родах, и перед Смертью сказала сама, что поскольку мазалась Кровью одного Вампира, то и она, и Ребенок ее (каковой умер при Рождении и вследствие небрежного Захоронения был Наполовину сожран Собаками) должны также обратиться в Вампиров; найдена вполне сохранившейся и не разложилась. При Вскрытии Трупа обнаружено было в cavitate pectoris9 некоторое количество свежей экстраваскулярной Крови, в то же время vasa arteriae & venae10, а также ventriculis cordis11 не были, как обычно, заполнены свернувшейся Кровью; и viscera в целом, как-то pulmo, hepar, stomachus, lien & intestina12, выглядели вполне свежими, точно у здорового Человека; Uterus13 однако же в весьма увеличенном виде и с наружной Стороны сильное Воспаление, поскольку placenta и lochiae14 остались внутри, и оттого все полностью putredine15; Кожа на Руках и Ногах и также Ногти сами собою отделились, однако же появилась свежая живая Кожа и новые Ногти.

2. Имелась Женщина, по Имени Милица, было ей 60 Лет, каковая скончалась по 3-Месячной Болезни, и около 90 дней назад похоронена. В Груди ее найдено большое количество жидкой Крови, остальные viscera были, как и у первой, в хорошем Состоянии. При Рассечении ее все Гайдудуки, стоявшие вокруг, дивились ее Полноте и совершенному Телу, и все сказали, что знали ту женщину с Юности и что при Жизни была она тоща и суха, в Могиле же к Удивлению их обрела Дородность; также сказали, что на сей Раз именно она была Истоком всех Вампиров, ибо поела Мяса Овец, что были убиты прежними Вампирами.

3. Имеется 8-Дневный Ребенок, покоится в Могиле 90 Дней, также найден в Вампирическом Состоянии.

—стр. 329—
4. Был извлечен Сын Гайдука, по имени Миллое, 16 Лет, каковой пролежал в Могиле 9 Недель и умер после 3-Дневной болезни, и был подобен другим Вампирам.

5. Иоахим, также Сын одного Гайдука, 17 Лет, умер после 3-Дневной Болезни, покоился 8 недель и 4 дня и по Рассечении найден в том же Состоянии.

6. Женщина, Именем Руше16, умерла после 10-Дневной Хворобы, покоится 6 Недель; у каковой нашлось много свежей Крови не только в Груди, но и в fundo ventriculi17, и то же у ее 18-Дневного Ребенка, что скончался 5 Недель тому.

7. Однако и Девочка 10 Лет, умершая 2 Месяца назад, оказалась в вышеупомянутом состоянии, весьма хорошо сохранилась и не разложилась, в Груди же имела много свежей Крови.

8. Выкопали жену Гаднака, Милоссову; она умерла 7 Неделями ранее, тогда как ее Ребенок, каковому было 8 Недель, 21 День назад, и обнаружилось, что Мать и Ребенок полностью разложились, хотя Почва и Могилы были в точности такие же, как у Вампиров, покоившихся рядом.

9. Батрак здешнего Капрала Гайдуков, по Имени Раде, 23 Лет, умер по 3-Месячной Болезни и в течение 5 Недель Захоронения совершенно разложился.

10. Жена здешнего Байактара со своим Ребенком, что умерли 5 Недель назад, также совершенно разложились.

11. У Станко, Гайдука, 60 лет, что умер 6 Недель тому, заметил я много жидкой Крови в Груди и в Желудке, и все Тело находилось в часто упоминавшемся Вампирическом Состоянии.

12. Миллоe, Гайдук, 25 Лет, покоился в Земле 6 Недель, также был найден в вышеупомянутом Вампирическом Состоянии18.

13. Станьочка, Жена Гайдука, 20 лет19, умерла после 3-Дневной Болезни и погребена 18 Дней тому. При Рассечении я обнаружил, что Лицо у нее было довольно красное и имело сильный Румянец, и там, где Сын Гайдука, по Имени Миллое, душил ее в Полночь за Шею, как указано выше, обнаружилось, с правой Стороны под Ухом, синеватое с Кровью Пятно длиною в Палец. При Вскрытии ее Гроба из Носа у нее вытекло некоторое количество свежей Крови. При Рассечении обнаружено (как часто сообщалось ранее) свежее Кровоточение, причем не только в Грудной Полости, но также в ventriculo cordis. Viscera во всецело здоровом и хорошем состоянии; Кожный Покров на всем Теле и новые Ногти на Руках и Ногах кажутся совершенно свежими.

По окончании Посещения Головы всех Вампиров были отделены здешними Цыганами, и затем сожжены вместе с Телами, Пепел же брошен в Реку Морава; однако разложившиеся тела были положены обратно в Могилы. О чем я свидетельствую совместно с 2 приданными мне Унтер-Фельдшерами. Медвегия в Сербии, 7 Янв. 1732.

Actum ut supra20.

(подписано) Иог. Флюкингер, Полковой Фельдшер Пехотного Полка достопочт. Барона Фюрстенбуша.
(подписано) И. Г. Зигель, Фельдшер достопочт. Моралльск.21 Полка.
(подписано) Иоганн Фридрих Баумгартен22, Фельдшер достопочт. Полковника Барона Фюрстенбуша Пехотного Полка.

—стр. 330—
Нижеподписавшиеся сим свидетельствуют, что все, обнаруженное Полковым Фельдшером достопочт. Фюрстенбушского Полка совместно с подписавшимися с ним Младшими Фельдшерами в отношении Вампиров и при Осмотре, во всем соответствует Истине, и было предпринято, обнаружено и исследовано в нашем Присутствии. В Подтверждение чего мы собственной Рукой ставим свои Подписи. Белград, 26 Янв. 1732.

(подписано) Подполковник Бюттенер23, достопочт. Александр. Полка. (подписано) Иоганн фон Линдельфельс, Предст. достопочт. Александр. Полка.

Примечания

1. Medvegya. В других версиях Medvedia.
2. Видимо, имеется в виду упоминаемая в рапорте д-ра Глазера Сталлада, т.е., по всей вероятности, деревня Сталач близ Чичеваца в современном Расинском округе Сербии.
3. В некоторых источниках Groschitz. Вариант «Грошиц Гаднак» как имя и фамилия (Barber, Vampires, c. 16) едва ли правомочен.
4. Hadnach или Hadnrnk, от венгерского hadnagy, лейтенант.
5. Букв. «знаменосец» (в других версиях barjactar, burjaktar); оттоманский титул деревенского или регионального старосты.
6. Возможно, Косово, находившееся в то время под турецким контролем.
7. Stanjoicka. В других версиях Stanacka (Станачка), Stanoicka (Станойка), Stanvicka (Станвичка).
8. Milloe.
9. Грудная полость (лат.).
10. Сосуды артерий и вен (лат.).
11. Здесь: желудочки сердца (лат.).
12. Здесь: «внутренности в целом, как-то легкие, печень, желудок, селезенка и кишечник».
13. Матка (лат.).
14. Плацента, лохии (лат.).
15. Здесь: сгнило или нагноилось (лат.).
16. Rusche. В других версиях Ruscha (Руша).
17. Здесь: дно желудка (лат).
18. Видимо, Станьочке досаждал не этот гайдук, а Миллое, указанный в пункте 4.
19. Станьочка, описанная выше как падчерица гайдука Йовицы. В версии Acten-mäßige und Umständliche Relation von denen Vampiren oder Menschen-Saugern (1732) «Станвичка, жена Гайдука, 22 Лет <...> покоится 13 дней», что представляется более точным, т.к. выше сказано, что Станьочка заболела за 15 дней до прибытия комиссии.
20. Техническое юридическое выражение: «Так было, как сказано» (лат.).
21. В различных версиях Morall и Maragl, а также «Ис. Зигель».
22. В некоторых версиях - Баумгартнер.
23. Встречается также «Бюттнер».

—стр. 331—
ПИСЬМО ФЕНРИХА КОТТВИЦА

Александр фон Коттвиц, служивший в Белграде в звании фенриха (кандидата на присвоение первого обер-офицерского звания) полка принца Александра, получил копию Visum et repertum не позднее дня подписания протокола (26 января 1732 г.) - благо в работе комиссии Флюкингера участвовали два офицера его полка (судя по тексту письма, содержащееся в некоторых источниках указание на фон Коттвица как одного из офицеров, подписавших протокол, является ошибкой). Тем же числом датировано письмо фон Коттвица к почтенному лейпцигскому профессору анатомии и физиологии Михаэлю Эрнсту Этмюллеру (1673-1732). Это письмо свидетельствует о стремительном распространении известий о вампирах: вскоре оно было перепечатано в книге Acten-mäßige und Umständliche Relation von denen Vampiren oder Menschen-Saugern («Собрание документов и Пространная Реляция о Вампирах или Человекососах»), которая вышла в Лейпциге. Деревня, названная автором письма Kuklina или Kucklina, видимо, является современной деревней Kukljin (Кукльин), расположенной чуть восточнее Медведжи. В письме содержится, похоже, первое упоминание о высасывании вампиром крови из шеи жертвы. Любопытно также объединение вампирических и демонических верований: семя вампира, подобно семени Дьявола, холодное (деталь, постоянно повторяющаяся в ведовских процессах). Со ссылкой на Коттвица, но опуская все подробности, касающиеся несчастной жены гайдука, письмо это цитирует Э. Т. А. Гофман в «Серапионовых братьях» (1819-1821). Перевод выполнен по изданиям: Acten-mäßige und Umständliche Relation von denen Vampiren oder Menschen-Saugern (1732) и Hamberger Klaus. Mortuus non mordet: Kommentierte Dokumente zum Vampirismus 1689-1791. Wien, 1992.

Высокоблагородный Высокоуважаемый господин Доктор,

я беру на себя смелость известить Вас об одном Casum1, имевшем место не так давно в нашем Королевстве Сербском, о каковом Ваша Честь может узнать из прилагаемой Реляции о тамошней Деревне, куда достопочтенное Командование направило Комиссию для более тщательного разбирательства. Имеется такая Мертвечина2, каковую на Турецком Языке именуют Вампирами или Человекососами, и указанные capable3 в краткое Время изничтожить всех Людей и Скотину в целой Деревне; на сих почти ежедневно жалуются местные Власти. Подобное случилось, помимо упомянутой Деревни Медведия, также в другой, Куклина, где Жители равно заверяют под Клятвой, что двух Братьев так донимали Ночью эти Вампиры, что они сторожили друг друга, и один <Вампир> подобно Собаке открыл Дверь, но от Криков их тотчас убежал, однако же наконец, когда оба заснули, впился все же в одно Мгновение в одного, оставив красное Пятно под правым Ухом, отчего тот три Дня спустя умер; и еще отвратительнее, что похороненный Гайдук, довольно изнуренный, явился на следующую Ночь к своей Жене и, как поведала она в Сообщении в тот же день Гаднаку4 указанной Деревни, сделал свое Дело так же хорошо, как при Жизни, за исключением того, что Семя было весьма холодным, и она забеременела и по истечении обыкновенного Termino5 в 40 Недель родила Ребенка, каковой имел все Пропорции Мальчика, однако же не имел
—стр. 332—
ни единой Конечности и был словно Кусок Мяса, и на третий День даже весь сморщился, подобно Колбасе. И поскольку здесь имело место необычайное Чудо, я со всем уважением хотел бы просить Вас сообщить Ваше Личное Мнение о том, было ли то Действие симпатических, дьявольских или астральных Духов, и остаюсь со всем почтением

Вашего Высокоблагородия,
Высокоуважаемого Господина Доктора,

покорнейшим слугой.

Алекс. Фр. фон Коттвиц,
Фенрих достопочт. Принца Александра Полка.

Белград, 26 Янв. 1732.

Примечания

1. Здесь: случай, происшествие (лат.).
2. Aeser.
3. Способны (лат.).
4. От венгерского handnagy, лейтенант.
5. Срока (лат.).

Оставить комментарийОтветить на комментарий Отменить

Имя и фамилия
Электронная почта
Комментарий

Теоретик занимается подсчётом упырей, практик — подсчётом нарубленных колов.